— Зовут тебя как, говорррю?! — это Хьорн не выдержал, прикаркнул на пленницу.
— Ундишвалахмапари… а-а-а-а-а… — рыдала драконица. — Бедная я несчастная… И зачем я брата не послушала… а-а-а…
— Унда, — немедленно укоротила я непроизносимое имя. — Это брат тебя прислал помогать королю Корна?
— Не-е-е-ет, брат наоборот, брат не пускал… Несчастная я! Это они… Они меня соблазнили, и-и-и-и-и, принцем соблазнили.
— Кто «они»? — опять вступил грозный Хьорн.
— Эти. — Драконица Унда махнула лапой в сторону корнского берега Игрель. — Оттуда. Они брата звали… и-и-и… Брат большой, он старший. Это я как он выглядела, когда ты, магесса, — девчонка взяла себя в лапы до такой степени, чтобы сделать уважительный жест в мою сторону, — иллюзию разбила. Это брат мне подарил. — Она коснулась ожерелья на шее. — Чтобы, если драться, я как он казалась и его силой пользовалась. — Она опять всхлипнула.
— Так как ты рассталась с братом? — продиралась я сквозь путаный рассказ.
— И-и-и-и… брат мне показывал мир. Мы были около большого порта. Там, за пустыней…
Кусочки складывались в мозаику. Если верить Унде — а почему бы, собственно, ей не верить, — к ее брату обратились представители королевства Корн. Каким-то образом — то ли с помощью магии, то ли через особо отчаянного купца — прислали письмо с приглашением поразорять земли Россошата в нижнем течении Игрель. Соблазняли его также принцессами, дочками Румиэля. Брат Унды (с еще более непроизносимым именем) дураком не был и отказался. Зато наивная Унда с дарованным братцем ожерельем…
— А-а-а, — хныкала драконица. — Я подслушала, там принц есть. Я принцев никогда не видала! Я решила — прикинусь братом, а потребую не принцесс, а принца. Пусть приезжает на белом коне от меня освобождать, а я его хвать — и домой! И-и-и-и-и… И король этот… тамошний… ну, с того берега… поддержал. Правильно, говорит, принц там красавчик, забирай его скорее, пока невесту не нашли…
Еще бы, лишить Россошата наследника, а королевскую семью — единственного сына! Отличная диверсия.
— Надули тебя, — фыркнула я. — Принцу Ульему всего три года!
— Чего? — От шока драконица перестала рыдать и икать.
— Вот чего. — Я вытащила из тюков миниатюру с королевской семьей. Да, я сентиментальна, таскаю с собой такие вещи. — Видишь? Писано в королевском замке весной этого года. Вот твой принц.
Розовощекий трехлетка Ульем улыбался на коленях у отца, окруженный сестрами.
Унда надула губы.
— Он, поди, подгузники еще носит… Тут и есть-то нечего! Я думала, он взрослый уже, красавец мужчина… опять обманули, а-а-а-а-а… — она печально взглянула на меня. — И чего теперь со мной будет? Я даже огня своего лишилась.
Я заговорщицки подмигнула, уверенная в себе как никогда.
— Огонь я тебе верну, мое заклинание: хочу кладу, хочу снимаю. Но ты немедленно вернешься к брату. — Драконица отчаянно закивала, явно мечтая убраться как можно дальше от коварного Корна и вредного Россошата. — Передашь ему мое письмо и кое-что расскажешь на словах…
6