Падение, огонь и покаяние

22
18
20
22
24
26
28
30

Азариэль оглянулся и увидел, как враг медленно подступается к нему и с предвкушением победы готовиться к кровавому пиру. В душе Азариэля поселилось чувство, ставшее больше, нежели досада или обида. Полыхающая огнём ненависть к еретикам заполнила его душу до края. Он хотел ринуться и перебить тех существ и еретиков, что медленно сжимают кольцо, но не мог оставить девушку.

Неожиданно он услышал рокот над головой, смешавший с рёвом десятков боевых труб, взывавших к атаке. Десятки камней полетели в пирамиду, подавляя магическо-огневые точки из которых вёлся огонь и каждый снаряд крошил породу главного строения, приближая её кончину. Каждое грохающее попадание вызывает трещины и хруст в породе, которые ступали мягким шагом энтропии по всей конструкции и скоро она рухнет.

Азариэль кинул взгляд и увидел, что далеко на барханах расположились имперские камнемёты, начавшие обстрел, щедро засыпая селение снарядами; в сам город, держа красные знамёна и под хоровые имперские кличи, входили солдаты имперского легиона, ведомые волей императора.

Рой врагов разделился с неестественной синхронностью – большая часть бросилась на силы имперского легиона, остальные бросились на Азариэля, и, кажется, он уже не спасётся – алчущих и граммитов слишком много. Неожиданно огненный змей зашипел с руки Алари и вопли с терпким запахом жжёных тел наполнили пространство. Эльфийка, качаясь и держась за окровавленный бок одной рукой, с другой отбивает орду монстров.

– Аз-аз-иэль, – язык Алари стал как пузырь, не способен пошевелиться; девушка из последних сил наложила на себя заклятье и потеряла со знание.

– Легион! – прокричал Азариэль, в надежде, что на него обратят внимание, сам взглянув на наступающих легионеров.

Это зрелище завораживает. Одетые в тяжёлые доспехи имперские солдаты шагают стройными рядами, с каждым шагом приближая победу. Воины императора неумолимо наступают, продвигаясь вглубь города, подавляя и разбивая всякое сопротивление на своём пути. Сокрушающей стеной они шли по полю боя, втаптывая в песок всякую тварь, что попадётся им на пути. Перед их дисциплиной, координацией и силой не устоят даже могущественные твари из Обливиона.

Но сейчас Азариэль видел в них решение другой проблемы, которую поставил выше битвы. Он замахал руками и закричал во всё горло, прося о помощи, и на него обратили внимание.

– Что у вас здесь!? – рядом с ними материализовался имперский маг в лёгкой броне легиона и с капюшоном на пол лица.

– Раненные! – указал Азариэль на два бесчувственных тела, сжимая в ладони чёрную рукоять меча.

– Я помогу им! – поднял светящиеся руки чародей. – Идите.

Азариэль, ошеломлённый от боя сделал шаг в сторону и наткнулся на солдата в изукрашенной тяжёлой броне офицерского типа.

– Я легат Андроник, – прозвучал грубый низкий голос. – Доложите о враге.

– Он повсюду. Твари Обливиона и сектанты.

– Ещё?

– Вы можете помочь им, – Азариэль указал мечом на двух девушек.

– Хорошо, – отмахнулся офицер. – Санитары!

Сейчас всё на что мог надеяться Азариэль это на чудеса имперской полевой медицины, хотя понимал, что шансов теперь мало, но надежда – это всё, что у него осталось.

Азариэль посмотрел на башню и понял, куда недалеко мог уйти чародей и собрался выполнить то, зачем они сюда пришли. Без свитка или знания точной точки телепортации этот колдун ее мог далеко себя перенести. Он сжал клинок ещё сильнее, подавляя в себе ненужные чувства ярости, и направился к ней, ибо самим естеством чувствовал, где искать гнусного врага. Азариэль подошёл к деревянной преграде и почувствовал, словно некто пытается влезть в его голову, но парень отринул всё и отворил скрипучую дверь, войдя вовнутрь башни, с опаской озираясь по сторонам в поисках врага, который себя и не скрывал.

Колдун стоял посреди небольшой комнаты, из которой лестница вела наверх. Повсюду раскиданы ящики, мешки и различный хлам, а посреди этого бардака возвышался чёрный маг.