«Ты знала обо всем с самого начала?»
«Да».
«Почему же рассказала только сейчас?»
Она не отвела взгляд, не стала оправдываться. Ответила просто:
«Потому что поклялась вообще ничего тебе не рассказывать. Вообще ничего. Но не смогла».
Злиться на Матильду Лакри не мог. И требовать с нее ответа не хотел.
Ему нужна Патриция! Хитрая стерва Патриция, плюнувшая ему в душу. Она должна заплатить, и только она!
Рус шел к Патриции, чтобы посмотреть в глаза, задать вопросы и рассказать о своей ненависти. Он знал, что девушка в Главном Энергоблоке, торопился, но все равно опоздал. И чудо-пропуск, которым снабдила его лживая дочь лживого Грязнова, не помог, не открыл дверь в купольный зал.
— Что за черт?! Я имею право входить в него в любое время!
Как выяснилось — нет.
Один из двух офицеров внутренней безопасности, дежуривших у двери, невозмутимо перепроверил пропуск Руса, после чего покачал головой.
— Сейчас нельзя. Зона закрыта.
Лакри знал, что орать на людей Слоновски бессмысленно и опасно — можно запросто угодить под арест, поэтому постарался взять себя в руки и объяснить:
— Я должен поговорить с Патрицией. Это очень важно.
— Госпожа Грязнова узнает о вашей просьбе сразу, как только освободится…
— Внимание! Всему персоналу немедленно занять места согласно расписанию «Вторжение»! Внимание! Всем гражданским лицам немедленно пройти в убежища! Внимание! Это не учебная тревога! Внимание! Всему персоналу немедленно…
Станция, еще полчаса назад напоминавшая муравейник, обезлюдела. Промчались мобильные батареи ПВО, проскочили грузовики с безами и несколько бронетранспортеров, и на этом движение закончилось: боевое расписание предусматривало перекрытие большинства улиц баррикадами из тяжелой техники. Гражданские в убежищах, остальные на позициях, если куда-то срочно нужно — иди пешком, но лучше не ходи, сиди и жди атаки. И лишь в одном-единсхвенном месте жизнь по-прежнему била ключом — с аэродрома Станции один за другим поднимались в воздух истребители, бомбардировщики и вертолеты. Авиация готовилась к отражению удара.
— Всем гражданским лицам немедленно пройти в убежища! Внимание! Это не учебная…
Запись включалась каждые три минуты, все остальное время завывала сирена, однако сюда, под купол Главного Энергоблока, тревожные звуки не долетали, не мешали собравшимся людям готовиться к самой важной в их жизни церемонии, не отвлекали.
Под куполом Главного Энергоблока было очень-очень тихо.