Пришелец из рая

22
18
20
22
24
26
28
30

– Рксу, – сказал я.

– Он местный? – сказал лысый, явно делая над собой усилие, изображая беспристрастность.

– Ну, судя по имени, да, – сказал я, внимательно изучая лицо бармена.

– Какие-нибудь вводные?

– Он известная личность в этом городе.

– Тогда вам определенно лучше обратиться в информаторий, – торопливо сказал бармен.

На его лысом черепе выступил пот, от чего он приобрел еще большее свойство с отполированным бильярдным шаром.

– Я уже пользовался им, – сказал я. – Он выдал мне четыре личности с таким именем. Вернее три, изображение четвертой было скрыто. Фотография сделана только в цветовом спектре инсектецоидов, для глаз человека не подходит. Вы можете объяснить, почему так?

Бармен нервно протер лысину носовым платком.

– Понимаете, на этой планете всю полноту власти имеют только правительство Каратака, то есть местные жители. Фотографии, скрытые от посторонних глаз обычно являются изображениями преступников, которые находятся в розыске, – сказал бармен. – Ты, конечно, извини, родной, но я веду только законные дела, поэтому ничем помочь не могу.

Я покинул отель. Захотелось прогуляться и переварить полученную информацию. Погода на улице стояла прекрасная. Над головой висело все тоже чистое синее небо, кругом сегодня клубилось гораздо меньше народу, чем вчера. Очевидно, уж такой сегодня день. Я снова направился на улицу с информационными терминалами. «Только преступники!»: повторил я слова бармена. Что же, вполне логично – местным жителям наверняка доверять можно, свои не предадут и не выдадут информацию, а чужакам не обязательно знать, кто пользуется таким вниманием у правительства Каратака. И это притом, что более десяти суток никому из чужаков останавливаться на планете не разрешалось.

У меня опять возникло странное чувство почти святой уверенности в том, что Рксу которого я ищу, является именно этим, четвертым субъектом, закрытым от посторонних глаз.

«Да уж, ну и устроил мой братец круговерть!»: вздохнул я. «Как бы теперь из нее выбраться целыми и невредимыми».

Я еще походил по городу, погулял, обходя стороной местные ресторанчики и думал о своем брате. Предпринимать активные действия сегодня не хотелось, решил перенести все на завтра. Подходили к концу третьи сутки моего пребывания на Каратаке, я осознавал это всем своим существом также как и то, что если я не найду Рксу за неделю, то возможно никогда больше не встречусь со своим братом. Солнце между тем начало клониться к закату, и я побрел обратно в отель.

В свой номер я попал, предварительно поужинав в ресторане на первом этаже, когда за окном уже стемнело. Пройдя в комнату, и собравшись потянуться к выключателю, чьи-то сильные руки схватили меня за плечи, а к горлу прижалось холодное и острое лезвие ножа.

«Вот черт!» – тихо выругался я по лирийски.

Глава восьмая

От постоянных промышленных выбросов небо здесь приобрело оранжевый оттенок, а местным воздухом можно дышать только через фильтрующую маску. Да уж, планета Лагрос, что находилась на окраине лирийских космических владений, являла собой подобие ада. Именно здесь находился центр добычи белириума, минерала, позволяющего гордым представителям нации развиваться и не ведать проблем с топливом и энергией. Ироничным являлось то, что его применение было безопасным для экологии, а вот добыча, совсем наоборот.

Я смотрел на небо этого мира через толстый купол прозрачного металла, полностью покрывавший горнодобывающую колонию. Переведя взгляд на своего брата, идущего рядом, улыбнулся. Мы прибыли сюда для встречи с нашим отцом, с которым не виделись почти год. Я недавно вступил в пору совершеннолетия, мне исполнился двадцать один год. Сендор старше на три года. К этому времени мы получили образование и оба трудились на благо нашей родины. Я стал инженером-проектировщиком гражданских транспортных сетей. Маршруты и посадочные места антигравов, ленточные транспортеры на улицах, и многое другое в том же духе являлось теперь моей сферой деятельности. Сендор, хоть и являлся старшим, так до конца и не определился в жизни. Его специальностью стала картография и навигация. Пару лет он даже послужил штурманом на грузовом космическом корабле, перевозя белириум с колоний на Лирию, но потом бросил это занятие и стал вольным работником, эпизодически перевозя грузы на своем корабле. Одной из целей встречи с Пилаем, нашим отцом, являлась возможность трудоустройства моего ветреного братца. Лично я хотел просто увидеться с ним. Пройдя несколько километров по широкой центральной улице, делящей колонию на две части, мы вышли ко входу в производственный комплекс. Пропустить его мы никак не могли, на домах и магазинах, повсюду висели указатели, обозначавшие направление и расстояние до него.

Жилая часть колонии полностью отделялась от рабочей зоны. Единственным входом-выходом служила исполинская дверь, закрывавшая путь к шахте лифта, доставляющего работников к месту добычи минерала глубоко под поверхностью.