— И еще! Живет она в бараке, на отшибе, по соседству с разной швалью из алкашей. Найди ей хотя бы комнату в городке, а? Очень тебя прошу, а прошу о чем-либо я редко. Считай, что для меня делаешь.
— Еще какие будут указания, товарищ капитан?
Антонов посмотрел на Воробьева:
— Не передергивай. Ген, какие указания? Я же по старой дружбе прошу тебя. Сделаешь, век не забуду!
Командир части, он же по совместительству и начальник местного гарнизона, ответил:
— Ну ладно! Что с тобой поделать? Отдам ей однокомнатную квартиру из своего резерва, но только временно, Антон. Максимум на год!
— Этого достаточно. Спасибо, Гена, и до встречи. Пошел я в Чечню.
— Удачного тебе возвращения, Серега!
До колонны, выстроенной в походный порядок, его проводил Шевцов.
— Ну давай, гусар, удачи тебе, — пожелал капитану Антонову Игорь.
— Счастливо оставаться! И смотрите у меня тут, я Гену предупредил, не дай бог, допустите, чтобы Марину обидели!
Шевцов удивился:
— Не понял?
— Зайдешь к командиру, поймешь. Пока, Игорь! Да, совсем забыл, как у тебя с Надеждой?
— Ты знаешь, как ни странно, но наши желания покончить с размолвкой совпали. Она так же, как и я, готовилась уступить!
— Значит, все хорошо?
— Нормалек!
— А ты говорил! Все! 9.13, опаздываем, погнали мы!
Капитан Антонов наскоро познакомился с лейтенантом, командиром полувзвода охранения, приказал ему занять место в головной боевой машине и начать движение. Сам прыгнул в передний «КамАЗ», проверил по рации внутреннюю связь между машинами, приказал:
— Колонна! Скорость 40, дистанция 40, походным порядком вперед, марш!