Притон невинностей (Сборник)

22
18
20
22
24
26
28
30

– Ну это нормально, никто и не спорит. – Резник решил немного развеять тучи, которые сгустил сам же, и пошутил: – Хотя Оксана могла бы и потерпеть с этими делами. Тут такие напряги в коллективе, а ты пачкаться надумала. Буду скоро вычитать за простои.

– За что?! – притворно возопила Оксана, прекрасно видя, что начальство изволит шутить, и своим криком очень удачно подыгрывая этому желанию. – Я же не могу, черт возьми, закодироваться!

Резник улыбнулся и снова обратился к Наде.

Теперь следовало немного смягчить впечатление от произведенного разгона. Надька – девка, конечно же, глупая, но перспективная. При нормальном режиме она еще точно года три пропашет, только нужно систематически ее на место ставить. Вот как сейчас, например. А теперь ей нужно мягко и доходчиво объяснить, что она, конечно же, провинилась, но не навсегда, а то еще взбрыкнет и уволится, а с нее еще сосать и сосать.

– Имей в виду, – Петр Алексеевич постарался, чтобы в его голосе прозвучало что-то похожее на искренность и добродушие, – ты работаешь в чистом месте и с нормальной крышей. Если не будешь дурой, когда решишь завязать, всегда будешь иметь возможность перейти на другую работу.

– За семьсот рублей? – вылезла с нежданным вопросом Оксана и испортила все благое начинание.

– Почему же за семьсот? – Резник недоуменно посмотрел на нее и решил, что эта-то уж точно не будет нужна даже в уборщицы. У нее на роже написано, что через год сопьется. – Почему же именно за семьсот? – повторил Резник, подумав, что, между прочим, это тоже неплохие деньги в принципе. – Мы все это решим, когда придет время. Можете вы хоть раз взять и поверить людям? Мы свои кадры бережем…

В кармане у Резника звякнул сотовый телефон. Он настолько увлекся собственной психотерапией, что совсем забыл про визит большого босса Алика Маматова.

– Так, все, девки, – замахал свободной рукой Петр Алексеевич, – пошли отсюда. Сначала к Федору, потом – кто на работу, кто на фиг. Разбежались!

– А на какую работу можно? – развеселилась Оксана, первой двигаясь к выходу. – Ой, здравствуйте! – Оксана шарахнулась в сторону, пропуская в дверь худого, среднего роста смуглого господина неопределенного возраста, одетого в дорогой синий костюм.

Это был сам Маматов.

Резник непроизвольно принял стойку «смирно» и растянул губы в широчайшую улыбку.

– Здравствуйте, Алимардон Резекович, – с тихой радостью произнес он, чувствуя, что недавно выпитый кофе у него в желудке почему-то вдруг сложился кубиком и, кажется, стал давить на мочевой пузырь.

ГЛАВА 6

Михаил шел по набережной и беззвучно смеялся над собой: такого облома он еще не переживал ни разу в жизни. Прямо можно сказать, что его кидали весь день, кинули и под вечер, и он может обижаться только на себя самого.

После того как кончились сопли, а потом, как оказалось, и время, Надя робко поцеловала Михаила в щеку два раза и, длинно извиняясь, сказала, что ей очень нужно уходить на работу.

Михаил так ошалел, что только соглашался. Потом зачем-то назначил ей на завтра свидание в три часа в кафе «Солнечное» на проспекте и вышел с Надей на улицу.

Ее подруги уже поджидали девушку на углу, она пошла к ним, оглянулась один раз и помахала Михаилу.

Он тоже махнул и сплюнул с досады, когда она отвернулась.

Угораздило же нарваться на девочку!