– Ты что, его не знаешь? – Он медленно сел. – Родимов со мной согласился, значит, теперь дело за Красновым.
– Почему он тянет? – не унимался Злак.
Он прекрасно понимал, что генерал Краснов также птица подневольная. Над ним Генеральный штаб. У того тоже только в книжках власть неограниченная. Начнутся консультации, проверка достоверности информации. На каждом этапе перестраховщики.
– Я вот что подумал. – Антон потер лицо, словно оно у него замерзло. – Рихард Корриган еще здесь. О пленении Мациева ему неизвестно. Может, пока ему устроить пакость?
– А что! – подхватил идею сидевший за столом Мишенев. – Надо. Хватит такие вещи без внимания оставлять. Только как?
– Просто. – Антон посмотрел на Джабраилова. Чеченец в свободное время штудировал языки. Странное пристрастие появилось после возвращения из Англии, где ему пришлось туго. С языком туманного Альбиона в объеме разговорной речи он справился на удивление быстро. После этого взялся за немецкий, не обращая внимания на язвительные шутки Дрона. Причина была банальна – он не любил читать, не смотрел кино, а время убить надо.
Почувствовав на себе внимание, Вахид перестал шевелить губами, про себя проговаривая слова, и оторвался от разговорника:
– Я все слышу.
– Как ты на это смотришь?
– Положительно. – Вахид захлопнул книгу и отложил на стоящий рядом с кроватью табурет. – Заодно поупражняюсь в английском.
На следующий день, в полдень, недалеко от разрушенной больницы на Ленинградской появился среднего роста, крепко сложенный чеченец. В пиджаке, одетом на синюю футболку, серых штанах и до блеска начищенных туфлях, он, нервно оглядываясь по сторонам, стал прогуливаться вдоль тротуара. Редкие прохожие проходили мимо, не обращая внимания на странного субъекта.
Вахида Джабраилова интересовал выход со двора недавно отремонтированной пятиэтажки. В ней, на первом этаже, размещались склады медикаментов, поступающие в республику по линии гуманитарных организаций. Напротив, у обочины, стоял джип, на котором утром сюда приехал Рихард Корриган. Он появился здесь неслучайно. Накануне вечером «некий сотрудник ФСБ», по телефону, побеспокоил миссионера вопросом о партии дорогих препаратов для хирургических операций. Якобы сразу в нескольких частях Грозного были задержаны люди, занимающиеся торговлей ими. Вежливо попросив уточнить, нет ли на находящихся под его опекой складах пропаж, он отключился. Естественно, звонившим был Антон. Номер телефона он получил через Серова. Педантичный англичанин появился здесь утром. В дневное время по городу он перемещался без охраны. Склад охранялся милицией, въезд во двор был свободным. Заранее просчитав все варианты, еще час назад Вахид передал водителю записку для его босса и ждал, когда она попадет в руки иностранца.
Вскоре Рихард появился из ворот. Быстро перейдя через дорогу, высокий и энергичный молодой человек в очках, с рыжей кучерявой шевелюрой запрыгнул на переднее сиденье машины. Вахид скользнул по лобовому стеклу взглядом и заметил, как водитель, указав на него, передал послание.
Джин напряженно следил за выражением взгляда миссионера. Записка была следующего содержания: «Я от Бела. Нужно срочно встретиться. Есть хорошие новости». Внизу была приписка: «Сам приехать не смог, у племянника свадьба».
Со слов Мациева, последнее служило паролем, что человек, который просит о встрече, именно от него. Все было написано синим карандашом, что также являлось подтверждением подлинности.
Как правило, последний месяц встречи происходили на следующий день, недалеко от одного из рынков города в строящемся здании больницы.
Проводив машину взглядом, Вахид направился прочь. Пройдя квартал, свернул во двор разрушенной пятиэтажки, задержался, пропуская самосвал, доверху забитый строительным мусором. За углом уселся на заднее сиденье старенького «жигуленка».
– Ну как? – заводя двигатель, обернулся Шамиль.
– Все нормально, – вытирая шею рукой, вздохнул Вахид. – Завтра поговорим с этим козлом.
Обхватив колени руками, Костя сидел на остатках каменного забора, безучастно наблюдая за плавающим в синеве холодного и неприветливого неба орлом. Он то опускался ниже, сливаясь и становясь невидимым на фоне серых и безликих склонов гор, то вновь взмывал высоко вверх, словно материализовавшись из ничего. Приевшийся за двое суток пребывания в ауле пейзаж наводил тоску. Все это время Костя выполнял мелкие работы по дому, где поселились боевики. В основном он возил на небольшой деревянной арбе с мотоциклетными колесами воду с небольшой речки, которая протекала в полукилометре от селения. Два алюминиевых бидона плюс каменистый подъем, похожий на старинную брусчатку, только из гораздо больших камней, забирали за один рейс больше часа. Но уже совсем скоро приходилось идти снова. Вода шла на стирку обмундирования бандитов, мытье и приготовление пищи. После этого он помогал хозяину дома, древнему старику, отгонять овец и лошадь на водопой. По сравнению с подвозом воды это казалось прогулкой. Всю работу выполняли собаки. Их было две. Они заворачивали отбившихся от небольшой отары животных, сгоняли их в кучу. В сущности, от него никто не требовал в третий раз за день возвращаться к реке, но он сам не мог долго оставаться в доме. Чеченцы почти не говорили на русском. Занятые нардами или просто бездельничая, они не обращали на него никакого внимания. У Кости даже появилась идея бежать. Однако, поразмыслив, он отогнал эту мысль прочь. Слишком далеко они забрались. Без еды, не зная местности, он вряд ли дойдет. Скорее снова нарвется на бандитов. Кроме них, в этих краях мало кто появляется.