Полковник нагнулся над столом. Сделал отметку в блокноте:
– Итак, Тимохин здесь. Хорошо.
Поднял взгляд на старшего лейтенанта:
– Можешь идти, Александр Александрович.
– Есть, товарищ полковник.
Александр вышел.
На столе полковника раздался звонок телефона внутренней линии штаба. Феофанов ответил:
– Слушаю!
– Это генерал Дмитриев. Боевая группа Фергана собралась?
– Не совсем, товарищ генерал. Но к завтрашнему утру все будут на месте!
– В час группа должна убыть в Кабул. Самолет ждать не будет!
– Я в курсе.
– Как отправите «Фергану», доклад мне!
– Есть!
Полковник положил трубку на рычаги, подумал: с чего это вдруг отправкой боевой группы Фергана заинтересовался сам Дмитриев? Да, он куратор деятельности подобных подразделений, но никогда раньше не вмешивался в подготовку групп к отправке. А тут проявил интерес. Не связан ли он напрямую с той задачей, что придется решить «Фергане» в Афганистане? Наверное, связан, ведь основная цель диверсионного подразделения – полковник Кашнин, в прошлом непосредственный подчиненный Дмитриева. И от того, что может сказать Кашнин по возвращении в Союз, вполне может зависеть судьба Дмитриева. Впрочем, может и не зависеть!
Александр же, спустившись из штаба, вышел на улицу. Помня предупреждение полковника и, не собираясь подчиняться, старший лейтенант пошел не к стоянке служебных легковых автомобилей офицеров штаба округа, а к ближайшей чайхане, где и купил запрещенную Феофановым водку. Встречу с ребятами следует отметить, сколько не виделись и сколько уже вместе прошли. К черту всякие запреты. Затарившись водкой, Александр вернулся к штабу. «Волгу» полковника заметил еще на выходе. Подошел к ней. Водитель, прапорщик, которого все звали Николаем, безмятежно спал, откинувшись на сиденье. Правильно делал. Время зря не терял. И служба шла.
Тимохин постучал по дверце:
– Эй, извозчик, на Тверскую едем?
Прапорщик приоткрыл один глаз:
– На Тверскую? Едем, если у пассажира хватит денег. Запрошу много!