Спец

22
18
20
22
24
26
28
30

— За крышу! За что? — передразнил его Винт. — Ты че тут митю рубишь?

— С кем работаешь, я спрашиваю? — не останавливался Лысый.

— Кто из людей за тебя может слово сказать? — встав с другой стороны, вопрошал Хромой.

Это вопрос поставил предпринимателя в тупик, таких знакомых у него не было, но жизнь прижмет, вспомнишь. И он вспомнил! Вспомнил, как неделю тому назад заехал к нему помыть машину один парень, по виду не из простых, работой остался доволен, щедро заплатил и, уезжая, оставил ему свой телефон, сказав на прощание:

— Будут проблемы, звони. Поможем.

Тогда Слоник, молча взяв бумажку с телефонным номером, не придал особого значения его словам, проблем на горизонте видно не было. Хотя имя запомнил, потому что редкое — Рустам, теперь и пригодиться может!

Он стоял молча и вспоминал показавшийся ему тогда незначительный эпизод, он не знал, кто такой этот Рустам, не знал, действительно ли он может помочь, как обещал, но в данный момент нужно хвататься за соломинку.

Парни, выждав немного, давая время подумать перепуганному коммерсанту, возобновили наезд.

— Ты че молчишь как пень? Я тебя по-русски спросил. С кем работаешь? — толкнул его Лысый с одной стороны.

— Кто из людей за тебя может сказать? — напирал с другой стороны Хромой.

— Рустам может, — наконец не очень решительно проговорил Слоник.

— Какой еще Рустам?! — искренне удивился Лысый, надо сказать, играл он отлично.

— Я фамилию не знаю, машину здесь моет.

— Звони своему Рустаму, через двадцать минут чтоб он был тут, — сказал Лысый.

— Через двадцать минут покуп приедет, — напомнил Винт.

Лысый посмотрел на Винта и сказал Слонику:

— Если он ее не заберет, заберешь ее ты!

— Звони своему Рустаму или еще кому, может они помогут… деньгами, — крайне недружелюбно проговорил Хромой.

Слоник метнулся в свой кабинет, схватил пиджак, висевший на спинке стула, и начал лихорадочно вытряхивать из его карманов все бумажки, ища заветный номер телефона. Наконец, найдя нужную бумажку, он набрал номер.

— Рустам? — на другом конце ответили сразу, еще бы, Рустам только этого и ждал.