Местные правоохранители – не так уж и важно, милиция ли, полиция, – что называется, сели ему на хвост. Идет преследование. По идее, надо быстренько бежать из этой страны на родину, где его никто и никогда не достанет. Брату он уже вряд ли чем-то поможет. И наверное, местный старший, предлагавший помочь с отъездом, в чем-то был прав.
Но оставалось еще одно дело, которое никак нельзя было отложить или вообще забыть. Месть. Он должен отомстить тому человеку, который сдал Рустама местной службе наркоконтроля.
Пусть местные менты думают, что они самые умные и самые хитрые. Пусть. Сам Бобошеров прекрасно знал, кто именно совершил такую неслыханную подлость. Просто пока еще не нашел этого человека. Потому-то и стрелок, который убил судью, – ничтожный наркоман, не способный нескольких часов прожить без дозы, – пока еще жив.
Вообще-то, сам Тошали не собирался связываться с красногорскими таджикскими авторитетами. Ни к чему они ему. Расслабились, позабыли родину, позабыли религию. Наверное, свинину кушают. И сало. Однако теперь, когда время, отпущенное на поиски предателя, ограничено, придется воспользоваться их помощью. И Тошали сейчас ждал звонка.
…Звонок этот поступил уже в начале двенадцатого часа ночи.
– Тот, кто тебе нужен, сейчас живет… – Неизвестный назвал адрес, после чего повесил трубку.
Вот так. Предатель не скроется от возмездия. Бобошеров был доволен. Подмывало отправить стрелка на адрес прямо сейчас. Но, поразмыслив, Тошали отказался от этой мысли. Спешить не стоит. Сейчас вечер, на улицах много ментов, а его стрелок выглядит именно так, как и должен выглядеть человек, долгое время сидящий на героине. Любой наряд может его остановить. Не потому, что будут в чем-то подозревать, а просто, на всякий случай. Лучше уж утром. Все спешат-торопятся на работу, многие с похмелья. Да и менты с утра не такие злые – их просто нет на улицах. У них как раз планерки и разводы по постам. Значит, так и будет. Утром свершится возмездие, и Бобошеров наконец покинет этот негостеприимный город. Скорее всего, навсегда…
– Ого! – Высокий, худощавый, подтянутый пожилой мужчина, одетый в хороший цивильный костюм, радостно улыбался. – Виктор Ильич! Какими судьбами?
Вопрос, конечно, в большей степени носил «дежурный» характер. Ибо встреча старых знакомцев произошла в одном из коридоров довольно известного в народе здания, с легкой руки одного предателя получившего название «Аквариум». А в этом здании как-то не принято всерьез интересоваться делами даже самых близких знакомых.
– Да вот, Николай Петрович… – улыбнулся Виктор Ильич. – Решил заглянуть по старой памяти, посмотреть, что тут и как…
– Понятно! – Генерал-лейтенант Оболенский отступил на шаг, разглядывая собеседника почти что с любовью во взгляде. Уж очень многое их связывало в прошлом. – Не стареют душой ветераны!
– Николай Петрович, хорошо, что я тебя встретил, – неожиданно произнес Виктор Ильич. – Сынок-то твой, Максим, кажется? Как он? Служит? Наверное, уже полковник?
– Служит, – чуть изменился в лице генерал-лейтенант. – В полиции он служит. В Красногорске. Который в Сибири.
– Вот как?! – удивился Виктор Ильич. – А чего же так? Я его помню – перспективный паренек. Очень перспективный.
– Так получилось, – неопределенно ответил Оболенский-старший. – Долго рассказывать. Да и неинтересно это.
– Да, жаль, жаль… – Виктор Ильич о чем-то задумался. – Помнится мне, ты и сам из Красногорска? Отец там вроде у тебя…
– Умер отец, – нахмурился генерал-лейтенант. – Максим сейчас в его квартире и живет. В Москве вообще не появляется. Совсем отца забыл.
Несколько секунд помолчали. Потом Николай Петрович взглянул на часы:
– Ты уж извини меня, Виктор Ильич. Бежать надо. Дела.
– Конечно-конечно! Дела – это святое. Рад был тебя видеть! От души рад!