Блиндажные крысы

22
18
20
22
24
26
28
30

— Почему сразу — «ехидно»?

— Ехидно, ехидно… Я прекрасно понимаю, что для тебя сейчас важнее всех гостайн — пощупать Маньку…

— Алла Викторовна!!!

— Мань, но у него же это на лице написано, неужели не видно?

— Гхм-кхм… Я бы попросил…

— Нет, даже и не проси, тебе это не поможет. Видишь ли, когда я сказала «подсудное дело», то имела в виду в первую очередь тебя. Я-то как-нибудь выкручусь, не впервой. А вот ты получишь на полную катушку.

— Ну почему сразу «получишь»! Почему вы…

— В общем, прекрати глупо ухмыляться, соберись и слушай внимательно. Видишь ли, голубчик, начальник твой — человек простой и непосредственный — попросил дать тебе возможность ознакомиться с некоторыми материалами… эмм… имеющими особую специфику и стоящими несколько наособицу даже в своем разряде. Так что ты сейчас будешь работать с документом из первой категории.

— Это…

— Это стратегические государственные секреты. Ты какие степени знаешь?

— «ДСП», «секретно», «сов. секретно», «особой важности». Ну и все, пожалуй.

— Ясно. Далее список продолжают еще семнадцать степеней, как общепринятых, так и специфических, для особых случаев.

— Ничего себе…

— Угу, ничего себе. Так вот, документ, который ты сейчас будешь смотреть — он без степени. Вернее так: он вне степеней. Понимаешь, о чем я?

— Ну… В общем…

— Собственно, весь документ тебе смотреть не дадут, а только семь его страниц со схемами, которые, честно говоря, особой секретности не представляют. Но! Документ неразъемный. И ты будешь работать с этим документом. В течение получаса. БЕЗ ДОПУСКА. Понимаешь?

— Понимаю.

— А мне кажется, не совсем. Тон у тебя какой-то… легкомысленный.

— Ой, ну при чем здесь мой тон? И вообще, вы напрасно тратите время. Вы хотите, чтобы я проникся важностью текущего момента? Считайте, что проникся. Секретный документ, очень важный, вы рискуете, так что…

— Нет, ни хрена ты не проникся, голубчик, — грубо оборвала меня Алла Викторовна. — Наверное, вот так надо: я тебе сразу расскажу о последствиях.