Гнев смотрящего

22
18
20
22
24
26
28
30

Чижевский пообещал. Он понял, к чему клонит Владислав Геннадьевич. За Коляном должок, и Игнатов хочет этот должок стребовать…

Глава 42. Интересное предложение

– Нет, нет, – возразил Виктор Иванович, энергично покачав головой. – Если уж воры решили объявить Варягу войну, то нам не следует вмешиваться!

Алик с сомнением нахмурился:

– Но если мы не вмешаемся, Витюша, то ситуация вообще выйдет из-под контроля. И тогда этот снежный ком покатится под гору и его не остановишь!

Они сидели втроем на даче у Алика Сапрыкина в Жуковке-5 и обсуждали сложившуюся ситуацию. Известие о том, что сходняк хочет вызвать Варяга на правиловку, не стало для кремлевских заговорщиков неожиданностью. Они ожидали такого поворота событий и даже употребили все рычаги своего влияния на воров, чтобы вынудить их (или, точнее сказать, подтолкнуть) к разрыву с Игнатовым. Тем более что отличный повод для этого имелся. Варяг в последнее время вел почти полностью самостоятельную игру, занимаясь делами «Госснабвооружения», – и это многим не нравилось. К тому же самые авторитетные воры до сих пор не могли простить Варягу неудачной попытки купить «Балтийский торговый флот». Словом, конфигурация шаров на столе, как любил говаривать Алик, выстроилась благоприятная. Но был и другой, вполне вероятный вариант – куда менее благоприятный, и его также следовало учесть. За Варяга могли вступиться те, кто безусловно доверял ему – либо по давней дружбе, либо потому, что были ему чем-то обязаны. Вот почему теперь следовало подумать, что можно предпринять в том случае, если Игнатов все же найдет с ворами общий язык. И все же оставалась надежда, что раскол неизбежен. Зная жестокие законы криминального сообщества, Сапрыкин понимал, что, если Варягу объявят войну, он будет вынужден резко переориентироваться – тогда дела в «Госснабвооружении» отойдут на второй план и смотрящий России будет в основном занят обеспечением собственной безопасности. Ведь война со сходняком – это не игра в казаки-разбойники с сибирским отморозком Коляном, тут схватка будет посерьезней.

– Ну вот что, – после долгой паузы произнес Алик. – Будем через наших людей готовить сходняк к принятию решения по Варягу…

– И какое же решение? – по своему обыкновению спросил Петр Петрович, который даже в кристально ясных ситуациях любил всегда переспрашивать и уточнять.

Алик поднял на него сердитый взгляд:

– Ну как же? Варяга надо отстранить от общака – какое же тут может быть еще решение, Петр Петрович! Это важнейшая задача, стоящая перед нами, коллеги! Надо добиться того, чтобы смотрящим России был выбран другой человек… – Алик сделал многозначительную паузу. – И вы его знаете…

Оба коллеги выжидательно смотрели на него.

– Зарип Казанский! – твердо закончил Сапрыкин.

Виктор Иванович даже крякнул при этих словах.

– Да ты, Алик, шутишь! С этим никто из московских воров не согласится!

Сапрыкин резко поднял руку, пресекая всяческие возражения:

– Но ведь согласились же московские партийные вожди, чтобы ими грузин командовал! Тридцать лет он Россией правил – и ничего. Всем вроде нравилось – до сих пор со слезой умиления вспоминали. А Зарип Салахов – вор авторитетный, богатый, он многих под себя подмял еще в семидесятые годы. К тому же он хоть и татарин, а давно уже в Москве, и московскими ворами почитается за своего. Так что очень хорошая кандидатура. К тому же мы уже начали с ним работать…

Виктор Иванович пожал плечами и не стал продолжать спор. Он знал, что Алик все равно настоит на своем. Кроме того, он давно знал Сапрыкина и усвоил, что тот слов на ветер не бросает: раз считает, что надо Варяга менять на Зарипа, значит, у него есть основания так считать.

Раздался телефонный звонок. Радиотелефон лежал на бильярдном столе. Алик встал и, неспешно подойдя к столу, взял трубку.

– Да, слушаю… – негромко ответил он, и тут же его лицо прояснилось и в глазах появился азартный блеск. Он зажал микрофон ладонью и шепнул своим гостям: – Как раз наш клиент! – и продолжил: – Да, да, я тебя слушаю. Рассказывай!

Он внимательно слушал собеседника, то и дело кивая головой и угукая в знак одобрения.