Первым она позвонила заместителю комиссара полиции штата Вирджиния, мужчине по имени Кларенс Грин. Она тесно работала с ним в ходе нескольких расследований в течение последних десяти лет, и они питали друг к другу взаимное уважение. Кейт надеялась, что последний год не навредил их отношениям. Отлично зная, что в кабинете Кларенса никогда не застать, она не стала звонить в офис и набрала номер сотового.
Когда Кейт уже собиралась положить трубку, то услышала знакомый голос. На секунду ей показалось, что она никогда не уходила с работы.
«Агент Уайз, – сказал Кларенс, – как, чёрт возьми, ты поживаешь?»
«Хорошо, – ответила она. – А ты?»
«Как всегда, хотя должен признать… Я думал, что уже никогда не увижу твой номер на дисплее телефона».
«Именно поэтому я и звоню, – сказала Кейт. – Мне неудобно беспокоить тебя по такому поводу после почти года молчания, но моя подруга только что потеряла дочь. Я дала ей слово, что проверю, как идёт расследование».
«И что ты хочешь от меня?» – спросил Кларенс.
«Главным подозреваемым был бывший парень дочери. Похоже, его арестовали, а потом отпустили через три часа. Как ты понимаешь, родители хотят знать почему».
«А, – ответил Кларенс. – Послушай,.. Уайз, я не могу вот так запросто поделиться с тобой этой информацией. И ты должна сама это понимать».
«Я не пытаюсь вмешиваться в ход расследования, – сказала Кейт. – Мне лишь интересно, почему родителям не объяснили реальную причину, по которой подозреваемого отпустили. Она потеряла дочь и ищет ответы…»
«И вновь я должен тебя остановить, – сказал Кларенс. – Как ты знаешь, я довольно часто вынужден иметь дело с разбитыми горем матерями, отцами и вдовами. Если ты лично знакома с одной из них, это не значит, что я могу нарушить протокол или пойти навстречу твоей просьбе».
«Мы с тобой достаточно времени проработали бок о бок, чтобы ты понимал, что я руководствуюсь только лучшими побуждениями».
«Не сомневаюсь, но последнее, чего мне хочется, это видеть, как ушедший на покой агент ФБР пронюхивает информацию о текущем расследовании, пусть даже не пытаясь в него вмешиваться. Ты же должна это понимать, верно?»
Самое неприятное в этом было то, что она была с ним
«Ну, конечно, – с лёгким снисхождением сказал Кларенс, – только мой ответ «нет», агент Уайз. А теперь, если ты позволишь, мне нужно идти в суд для разговора с одной из горюющих вдов, о которых мы только что говорили. Прости, что не смог помочь».
Он положил трубку, не попрощавшись. Кейт осталась сидеть на стуле и смотреть на медленно ползущий квадрат света на полу. Она стала думать над следующим шагом, отметив про себя, что заместитель комиссара только что сказал, что идёт в суд. Она рассудила, что было бы разумно посчитать отказ в помощи с его стороны собственным поражением, но его нежелание помочь лишь придало ей сил пытаться дальше.
Полчаса спустя Кейт парковала машину в подземном гараже, примыкающем к Третьему участку полиции. Исходя из того, где произошло убийство Джули Мид – в замужестве Джули Хикс, – Кейт решила, что сможет получить нужную информацию именно здесь. Единственной проблемой было то, что кроме заместителя комиссара Грина она не знала никого из местных офицеров, не говоря уже о служащих Третьего участка.
Она уверенно вошла в приёмную. Кейт знала, что наблюдательный офицер сразу бы отметил пару интересных деталей в её облике. Во-первых, при ней не было оружия. У неё было разрешение на скрытое ношение оружия, но, принимая во внимание цель визита, присутствие пистолета могло лишь навредить, если бы её поймали даже на незначительном обмане.
Обман был ей не по карману. На пенсии или нет, речь шла об её репутации – репутации, которую она бережно создавала целых тридцать лет. В следующие минуты ей предстоит нелёгкое испытание, и она была к нему готова. Она ни разу так не волновалась за весь год на пенсии.