– Эх, папа! Я к тебе привыкла! А ты не мой папа!
Илья включил телевизор, на экране показывали захват местного маяка. Смотритель маяка был уволен с работы. У маяка установили охрану.
Я посмотрела на экран, и вдруг сказала:
– Илья, здесь еще были матросы с яхты, ты давно их не видел?
– С того момента, как они помогли перенести яхту.
– Они взяли картины.
– С чего ты взяла?
– Один из них на все способен, он мог и кулон срезать и яхту взорвать, он любил старую яхту, а новая – это его конкурентка.
– Лиана, ты права, его найдем. Все свободны! – сказал громко Илья.
Глава 40
Темно и холодно, в душе и на улице. Дикий рев ребенка оглушил все пространство помещения. Васек умудрился уронить на себя шкаф. Шкаф молодой и модный упал на такой же шкаф своей макушкой, в результате ребенок оказался спасенным, но нервным. Кричал, кричал и вдруг затих ребенок. Васька согласился, поесть лишний раз макароны. Арлила посмотрела в зеркало и увидела отекшее лицо. Где-то такой отек лица она уже видела и вспомнила, у ее мамы был такой отек лица от медовой маски.
О, это она вчера купила медовик, съела его почти весь на одном дыхании и отекла.
Глаза изменили свою форму, под наплывом век. Васька ест любимые макароны и пока молчит. Тихо. Темно и холодно. Она хотела Василию старшему написать письмо.
Написала и стерла. Если она Васе что-нибудь напишет, он явиться немедленно собственной персоной, а это непозволительная роскошь, а жаль. Васька младший съел десяток макаронных завитушек и рвется в ванну с криками:
– Мама, я люблю тебя!
Филсир уехал с двумя другими детьми к своей маме на побывку. Ваську он то – ли недолюбливает, то – ли ревнует к Васе, но с собой его не взял. Васек младший тоже больше любить Васю, чем Филсира. Васек заснул. Арлила смотрит в зеркало, потом отворачивает от него лицо с полной безнадежностью, но с надежной, что отек на лице пройдет, не сегодня так завтра.
Арлила взяла в руки телефон, набрала номер Лианы:
– Лиана, привет, у тебя есть минутка?
– Есть.
– Васька спит, Филсир с детьми уехал к своей маме, а у меня отек на лице.