Уровни сложности

22
18
20
22
24
26
28
30

— Я не вижу, откуда эта гнида работает, — дыша будто загнанный конь, пожаловался Читер.

— А он и не хочет показываться. Заехал куда-то на ту же гривку, стоит среди кактусов кучей дерьма да накидывает нам потихоньку. Дистанция большая, да и на месте не стоим, вот и не получается накрыть нормально.

Читер позавидовал выносливости Клоуна. Выглядит раза в два старше, но пробежал по пересеченной местности с километр, с грузом, да под обстрелом, и даже не запыхался. Понятно, что возраст на Континенте — особая условность. Старика здесь даже среди неписей встретить сложно, а уж среди игроков такие случаи разве что у новичков встречаются. Да и надолго они не затягиваются, счетчик прожитых лет здесь стремительно отматывается, не превышая отметку в сороковник или около того. Тут уровень куда важнее биологии.

Уровень у Клоуна гораздо выше, вот и бежит, будто его это совсем не напрягает.

Следующая серия гранат рванула позади, метрах в пятидесяти. Некоторые осколки начали звенеть в опасной близости, но бояться их не стоило. Они слишком мелкие, серьезно навредить способны только на короткой дистанции.

Клоун, продолжая бежать так, будто он без лишнего фанатизма борется с лишним весом и дело происходит посреди центрального парка мирного города, указал вперед, спокойно пояснив:

— Давай, Читер, поднажми. Нам чуток по этому дерьму пробежать осталось.

Читер свободной рукой смахнул с ресниц кровавый пот, бросил вперед жадный взгляд. Там, метрах в трехстах, по пустыне тянулась идеально прямая линия. И с той, и с другой стороны все одинаковое: те же камни, кактусы, редкие чахлые кустики. Однако это уже другой кластер. Граница, по которой проходят перезагрузки, мелкими штрихами выдает себя в ландшафте.

Один шаг за нее, и дело сделано. Они попадут в следующий регион.

Конец сумасшедшего рывка.

Начинали его тринадцать игроков, а заканчивают пятеро.

Плюс окровавленная голова Кнопки, которую Киска тащит за волосы.

Боты, будто понимая, что игрокам только и надо, что переступить через границу, в край остервенели. Гранатомет сыпал сериями по пять-шесть выстрелов. Вертолет заметно сузил круги и прилично снизился. Сейчас можно попытаться его снять, шансы неплохие. Да только какая может быть меткость, когда дышишь как паровоз, а руки ходуном ходят?

Пули и осколки густо летали вокруг. В основном только пугали, но иногда попадали в бронежилеты или мимо них, в незащищенные места. Читер уже со счету ран сбился. Пять подарков словил? Шесть? Может, семь? Везет, конечно, что ничего жизненно важного пока не задело, но надо признать, что нормальному человеку этого вполне хватило бы, чтобы если не сдохнуть, то прыти поубавить.

Но Читер не нормальный человек. Он игрок. Игрок проклятого Континента.

Потому он продолжает бежать, придерживая на плече пятнадцатикилограммовую винтовку.

Очередная порция гранат накрыла группу, когда до границы оставалось не больше пятидесяти шагов. Читер на автоматизме залег при первом же разрыве, и это его спасло. Следующий грохнул так близко, что, не прими на себя весь удар камень, за которым удачно вытянулось тело, могло нашпиговать осколками от ступней до головы. А так лишь пистолету, добытому с убитого бота, разворотило рукоять вместе с магазином и кроваво рассекло мясо между указательным и большим пальцем на левой руке. Звук оказался столь сильным, что слух погасило, а ведь взрывчатки в этих штуковинах всего ничего.

Поднимаясь, Читер потряс головой, борясь с пробкой в ушах. Помогало слабо, но крик Толстого он расслышал. Тот, поднимаясь, завалился, приложившись о камень. С его ногой явно нелады: вся штанина пропиталась кровью, ткань разодрана в нескольких местах, в прорехах проглядывают клочья истерзанного мяса.

Подскочив к нему, Читер, присев, подхватывая под руку.

— Давай! — проорал он. — Несколько шагов осталось! Давай же, я тебя одной рукой не дотащу!