— Тысяча девятьсот пятьдесят второй?
Мальчик кивнул, будто бы радуясь этой информации. Анатея безвольно закрыла глаза.
— Ты знаешь, что случилось? — спросил он. — С остальными из твоих людей, с полуночниками твоего времени?
— Моего времени? — Она вздрогнула и наконец все вспомнила.
Много лет назад она,
— Жуткие вещи. Но это не по моей вине. Она выдала секрет. А не я.
— Секрет?
— Никто не должен был говорить. — Девочка покачала головой. — Все с того и началось, когда эта Мадлен Хейз выдала тайну. Эти мальчишки Грейфуты знали, что делали, когда притащили меня сюда…
Анатея без сил рухнула обратно на землю. От мыслей о том, что произошло до трансформации, у нее заболела голова. Может, она все-таки больше не человек. И разговоры только отнимают ее жалкое дыхание. Она чувствовала, как угасает.
Акробат, симпатичный паренек из мексиканцев, заговорил:
— Мы можем для тебя что-нибудь сделать?
Девочка улыбнулась и протянула руку. Все это время у нее были крылья, но трепыхаться внутри другого ужасного тела так тяжело. Совсем не похоже на то, как Билли Клинток уносил ее в небо, да и это было словно в другой жизни.
— Можно?
Он все понял, взял ее за руку, и легкость снова наполнила ее. Как давно это было…
35
0:00
РАВНИНЫ
Они решили оставить ее там на соляных равнинах. Три последователя темняков — Энджи, Эрнесто и старший Грейфут — все еще стояли, застыв на месте, и смотрели туда, где оставили Рекса на поживу темнякам. Возможно, появление мертвой девочки на его месте заставит их немного задуматься.
Джонатан отвернулся, не в силах смотреть, как Рекс раскладывает вокруг Анатеи доминошки. Рекс нашел свою одежду нетронутой там же, где ее бросили темняки, и оделся. Теперь его вполне привычный и нормальный вид почему-то приводил в ужас. Все, что его отличало от прежнего Рекса, — это обгоревшие волосы и руки, которые теперь дрожали совсем как у его отца.
Джессика тоже не стала смотреть. Она прижалась к груди Джонатана и заплакала, но мальчик не знал, как горевать по Анатее, родившейся в тысяча девятьсот сороковом году и умершей этой ночью — всего в четырнадцать лет. Ее костлявое исхудавшее тело выглядело едва ли на двенадцать — именно в том возрасте ее и забрали.