– Белый цвет символизирует чистоту. Но почему на лошадь посадили ребенка? – задумался Сашка.
– Потому что маленькие дети чисты и безгрешны! – гордо блестя глазами, выпалил Егор.
– Сашка, в вашей деревне имеется белая лошадь и безгрешный ребенок? – усмехнулся Димка.
– А я, по-твоему, грешник? – обиделся Егор.
– Ладно, будем считать, что всадника мы нашли. А как быть с лошадью?
– У Крыниных есть белая лошадь, но они говорят, что она не белая, а мраморная. Но как мы ее выпросим? Могут не дать, они такие прижимистые. Если только баба Глаша попросит. Ей, наверное, не откажут. В прошлом году их Линда заболела, а баба Глаша ее вылечила.
– А Линда – это кто? – не поняла Маша.
– Линда – это белая лошадь, – пояснил Сашка.
Ребята легли спать, оставив Димку за дежурного, он днем выспался. Всю ночь до рассвета Димка смотрел в окно. Пару раз ему показалось, что за оградой мелькнуло что-то белое, но уверенности не было, могло просто примерещиться. Когда на горизонте забрезжил серый рассвет, Димка потер воспаленные глаза, разделся и лег рядом с Сашкой и Егором.
Глава VIII
Нечисти становится больше
С помощью бабы Глаши белую лошадь ребята получили. В этом им повезло, не повезло с погодой. Серое туманное небо каждую минуту грозило разразиться дождем. И по закону подлости, как только они вошли в ворота кладбища, заморосил мелкий, противный дождь. Вскоре глинистая земля размокла и превратилась в липкое месиво.
Егор горделиво восседал на Линде, направляя ее от могилы к могиле. Ребята уныло плелись следом. Одежда промокла и неприятно липла к телу, на башмаках налипли большие куски глины, и это значительно затрудняло передвижение.
К трем часа дня они обошли примерно три четверти кладбища. Лошадь вела себя спокойно, и настроение у ребят было под стать мерзопакостной погоде.
– Может, сходим домой пообедаем и переоденемся? – робко спросила Маша.
– Хорошо бы, – вздохнул Димка.
– Если мы пойдем домой, то сегодня на кладбище не вернемся. Переоденемся, отогреемся, поедим. Кто захочет уходить из уютного дома и под дождем бродить по кладбищу? – резонно заметил Сашка. – Надо закончить обход.
– Надо так надо, – поникла Маша.
Еще часа три они бродили по кладбищу, не пропуская ни одного могильного холмика. Егор давно потерял горделивую осанку. Он сиротливо скорчился на широкой лошадиной спине и мечтал о сухой одежде и обильном обеде.
В седьмом часу вечера ребята покинули кладбище и направились к дому Крыниных возвращать Линду.