Пятьдесят оттенков синего

22
18
20
22
24
26
28
30

Мне широко улыбнулись.

– Через пятнадцать минут к нам прилетает проверка.

Я застонала. За что мне это именно сегодня?

В итоге день, который я не знала как скоротать, прошел словно в страшном сне. Комиссия, прибывшая с очередной проверкой, высосала из меня все соки, и когда, в конце концов, уважаемые товарищи отбыли, от рабочего дня осталось два часа.

Попав в свой кабинет, я обнаружила обосновавшегося там начальника. Он сидел в кресле и ждал меня, видимо, знал, когда освобожусь. И как ему удается быть в курсе всего?

– Готова работать?

– Не-е-ет, – простонала я.

– А придется. У нас сегодня простейшие опыты на реакции вируса.

– Какой смысл? Я уже много лет раз за разом их делаю, и ничего нового.

– И еще раз сделаешь, теперь вместе со мной.

Я прищурилась. Вот, значит, как. Намерен работать в паре, но не доверяет. Хорошо-о!

– Что ж, будут тебе тесты, – процедила я.

Удалившись в ванную комнату, я провела дезинфекцию всего тела, переоделась и вышла к маленькой лаборатории. Там меня уже ждали.

– Ты не будешь подготавливаться?

– Уже. И до твоего прихода комнату не покидал, так что можно приступать.

– Ну что ж…

Мы приступили. К удивлению, мое раздражение постепенно начало стихать. Работать с Уотерстоуном – совсем не то же самое, что общаться с ним в обычной жизни.

Он был собран, сосредоточен, делал все быстро и правильно. Ему не нужно было ничего «разжевывать», он понимал меня с полуслова, четко и обоснованно пояснял, с чем не согласен, и часто я принимала его идеи.

Теперь я поняла тех, кто говорил, что драги – прекрасные специалисты в области, которую изучали. За три с половиной часа мы провели все тесты и, переодевшись, пили чай, попутно просматривая полученные данные.

– Я же говорила, что ничего нового мы не узнаем, – с досадой сказала я, схлопнув свою проекцию с числами и графиками. – Те же данные, что и раньше.