Возвращаясь пешком к офисной парковке, Володя как мог пытался не думать о словах Игоря. Понимал же, что он сказал их сгоряча. Но в голове то и дело всплывали обрывки его фраз.
«Ты уверен, что он готов принять тебя?»
Такие вопросы не волновали бы Володю, будь они пустым звуком. Но Игорь оказался прав — Володя не был до конца честен с Юрой. Он всё ещё не знал о таблетках. Не знал, что пить снотворное давно вошло у Володи в привычку — и физическую, и психологическую.
Ну не спит он без таблеток, ну мучается от тревожности и кошмаров — и что? Какая разница, как именно он засыпает? Но Юра бы непременно сказал ему: «Ты убегаешь от проблем, борешься с симптомами, а не с причиной». Вот только выяснять причины не хотелось. Стоило вспомнить осень, когда Володя всколыхнул в памяти своё проблемное прошлое, — как его прошибал пот. Он столько дров наломал, но так ни в чём и не разобрался.
«Нужен ли ты ему таким?»
От этого вопроса внутри леденело. Именно поэтому было так страшно открываться, было так страшно, что Юра узнает правду о нём. Но Юра уже узнавал. Он уже дважды натыкался на эти подводные камни, сам того не желая: первый раз — узнав о грязных подробностях их связи с Игорем, второй раз — о побеге с концерта. А теперь появится третий — снотворное, кошмары, панические атаки. И как Юра воспримет его? Изменится ли его отношение к Володе? А оно может измениться. Володя хотел быть честным, хотел открыться полностью, но страх, что Юра в итоге не выдержит и отвернётся от него, был сильнее.
А что, если правда отвернётся? Что, если Володя и правда не нужен ему таким — даже в роли друга по переписке?
Нет, конечно, он не умрёт и жизнь на этом не закончится. Всё будет по-прежнему: работа, дом, собака. После новогодних праздников вернётся мать, Володя станет ездить к ней по выходным. Наверное, будет и Маша — отношения с ней за последнее время стали тёплыми, даже дружескими. Вот только не будет Юры — и станет пусто. Володя уже успел привыкнуть к тому, что он есть — пусть далеко, пусть на расстоянии тысяч километров, но утром, в обед и вечером он есть в экране ноутбука или мобильного. И от этого в жизни будто бы появляется смысл.
Володя подъезжал к дому, когда в голову пришло неожиданное воспоминание.
Десять лет назад он писал Юре письма «в никуда». Тогда они потеряли друг друга, их пути разошлись, Володю мучило сожаление. Он сидел под их ивой, над вскрытой капсулой времени, и думал о том, что если бы только судьба дала им шанс снова встретиться, все бы проблемы решились, на все вопросы нашлись бы ответы. Что он смог бы повернуть время вспять, наверстать упущенное и просто быть счастливым.
Сейчас та мысль из прошлого казалось нелепой. Судьба действительно та ещё юмористка. Она дала им второй шанс, они встретились — и что? Ничего. Потому что в этом мире никому не удавалось повернуть время вспять.
10. Чужая земля
Утро перед вылетом прошло как в тумане. Володя проснулся с удивительной мыслью и не до конца поверил в неё: сегодня он наконец увидит Юру!
Встреча под ивой случилась так давно, что уже казалась выдуманной и нереальной. Володя прошёлся по гостиной, посмотрел на диван, на котором в ту ночь они уснули рядом, на припыленное пианино, на котором Юра играл «Колыбельную»… Все эти воспоминания уже притупились. Не то чтобы Володя не верил или сомневался в них — это было бы совсем сумасшествием. Просто те переживания уже забылись.
Все три с лишним месяца Юра существовал лишь в Володиных телефоне и ноутбуке. Он вроде и был рядом, но без его физического присутствия Володя не до конца понимал, что именно чувствует. И эта неразбериха порой пугала, а порой — выводила из себя.
Он постарался занять руки делом, а голову — мыслями: собирал чемодан, десять раз проверил, не забыл ли билеты и паспорт. Несколько раз перечитал список необходимых вещей — всё ли взял? Убедился, что подарок Юре — обёрнутая яркой бумагой коробочка с фотоаппаратом, — не помялся. Потерял очки. Зная, что Юре нравится видеть его в них, Володя купил новые. Помнил, что вчера положил их на тумбочку, но там было пусто. Искал полчаса и нашёл их у себя на носу — забыл, что надел очки, как только проснулся.
Мысли путались. То и дело в голове возникали вопросы, от которых Володя пытался отмахнуться: как всё пройдёт? Как Юра его встретит? Радостно ли прозвучит его голос? Что они будут делать, когда встретятся? Что, в конце концов, почувствует при этом Володя?
И ещё мелькали образы: как Володя неловко, но крепко обнимет Юру в аэропорту, как сядет с ним на заднее сиденье такси… Или, наверное, Юра будет на машине?
Володя в очередной раз отогнал от себя эти назойливые вопросы, которые вызывали только панику. Вновь принялся думать о насущном. Дополнил список дел строчкой «Купить леденцы», чтобы подстраховаться от укачивания в самолёте. Посмотрел на время: в аэропорт через два часа, а дел — невпроворот.
Он позвонил Брагинскому и ещё раз напомнил о своём отпуске. Тот зычно расхохотался: