Тэлли вздернула брови. Айя поспешно вмешалась
— Может, нам лучше понять, куда мы идем? А эти разговоры оставим на потом.
— Давай-ка кое-что проясним раз и навсегда, — строго проговорила Тэлли, глядя на Фрица. — Ты решился на эту операцию, чтобы иметь возможность выбалтывать тайны?
— Я все время врал, — признался Фриц. — Я сам себе не мог доверять, поэтому мне пришлось измениться.
— Какая трусость! — фыркнула Тэлли. — Неужели ты не мог просто научиться говорить правду?
— Я как раз учусь говорить правду, Тэлли.
— Но ты просто не оставляешь себе выбора! — Она ткнула пальцем в свой висок. — У меня в мозгу до сих пор сохранились элементы чрезвычайности, но я с этим каждый день борюсь.
— И иногда проигрываешь, насколько я заметил, — сказал Фриц.
Губы Тэлли тронула усмешка.
— Нет, пустоголовый, ты еще не видел моих настоящих проигрышей. И лучше бы тебе их никогда не видеть.
— Теоретически я не…
Айя встала между ними и громко спросила:
— Может быть, вместо того чтобы разбираться в тонкостях черепно-мозговой хирургии, мы все-таки решим, в какую сторону идти? Дождь немного утих.
Тэлли довольно долго свирепо смотрела на Фрица, а потом запрокинула голову. Действительно, барабанная дробь ливня стала тише.
— Я не против, — буркнула она.
Развернувшись, Тэлли прыгнула к ближайшему дереву. Обхватив ствол, она начала карабкаться вверх. Фриц и Айя молча смотрели на нее. Их буквально заворожили стремительные и ловкие движения Тэлли, взбирающейся вверх по стволу, раздвигающей перистые листья и наступающей на тонкие ветки, которые, казалось бы, должны были сломаться под ее весом.
— Я ее то и дело раздражаю, — горестно пробормотал Фриц.
Айя вздохнула:
— Похоже, Тэлли и абсолютная честность не совместимы. Они с Шэй через многое прошли. В нашем возрасте они сражались на войне.
Фриц опустил голову и тихо сказал: