— Кто?
— Меня жена котей зовет, — нехотя пояснил мужичок. — Что с бабы взять? Любит она меня. Видит, какой ей красивый муж достался.
— Понятно, — скрыл я улыбку.
— Так вот, она мне и говорит, чтобы я к вам пришел и в ноги поклонился. За то, что вы Миколу не пришибли.
— Не за что, — я пожал плечами.
— Да только это не все, — Тихон утер нос рукавом и воззрился на меня с надеждой. — У Миколы было золотишко.
— И? — нахмурился я.
— Оплата, которую он должен был отдать в профсоюз.
— Чего? — опешил я.
— А чего? Неужто вы думаете, барин, что у нас нет своего профсоюза? Что мы живем без законов и организаций?
— Прости, Тихон. Я как-то не думал об этом.
— Ясно дело, — вздохнул человечек. — Мало кто из людей думает о том, как нам живется. Да и не думает вовсе…
— Так что с Миколой?
— Выгнали его, — горестно вздохнул Тихон. — Он денег не принес? Не принес. И никому нет дела, что их у него отняли.
Тут Тихон с осуждением посмотрел на меня. Я даже попятился, так как не ждал подобного от дворового.
— Мне жаль, но золото стало вещественным доказательством в деле об отравлении селян.
— Какие вы слова умные знаете, барин, — уважительно закивал Тихон. — Вот только сейчас Микола без работы и с долгами.
— И? — тут уже мне стало интересно.
— Что «и»? — оглянулся дворовой и, не найдя никого другого рядом, повернулся ко мне. — Он к нам жить собрался.
— К нам?