А я думала у Джима отличная задница. Нет, есть намного лучше. На-а-ам-м-м-мн-н-но-о-ог-г-го-о-о…
Засмотревшись, я не заметила, как меня запихнули в стационарную капсулу, и я опять начала нервничать. Видимо, заприметив что-то такое, Ремарк прижал меня к спинке и начал фиксировать крепления. В этот момент я как никогда была так близка со своим куратором. Последний щелчок, и, взглянув на меня, он сказал:
– Давайте, Мельник, остался последний рывок, – и запустил таймер.
Развернувшись, адмирал направился к выходу из помещения, и чем дальше он отдалялся, тем неспокойнее мне становилось. Посмотрев перед собой, я встретилась глазами с Кирой. Она как-то странно на меня смотрела.
Но вот раздался щелчок, крепления разжались, и нас выбросило в открытый космос, практически рядом с атмосферой. Шлем мешал обзору, но тем не менее, сложив руки по швам, мы направились к планете.
Преодолевать атмосферу всегда трудно, но, когда мы начали снижаться, стал виден небольшой зеленый остров, окруженный водой. Судя по всему, земли на этой планете было немного, и, похоже, приземлимся мы именно на нее. Как только высота приблизилась к первому порогу, я включила механизм торможения. И мое движение начало замедляться. Но, как только я сориентировалась на местности, стало совершенно ясно, что я не космодесантник, так как мое приземление пришлось на болото. Скорректировать уже было ничего нельзя, и я, скривившись, достигла земли.
Хлюп, хлюп, хлюп…
Оказавшись по шею в вязком болоте из непонятно чего, с непонятно чем водившимся в нем, я начала выбираться, а в голове крутилась мысль: «Приземлилась, блин!»
Я лежала на пляже. Жара на этой планете была невыносимая, поэтому на мне, как и на Кире, было только нижнее белье и сорочка, которая обязательно надевается при перелетах. И все равно жарко!
Ребятам было проще, и они уже давно разделись до самых трусов. Тем не менее неполных три месяца обещают быть долгими. Очень.
Сразу после посадки я попала в болото, и хорошо, что недалеко от берега. А то, судя по его размерам, которые я прикинула, когда еще садилась, попади мое бренное тело на середину, то плавала бы в нем долго, перед тем как выбраться. Если бы вообще сумела.
Но даже такое сравнительно небольшое расстояние до берега и то заставило меня проклясть все на свете. А когда я, спешно выбравшись, ступила на такую родную землю, то по мне медленно стекали потоки какой-то… то ли грязи, то ли жижи – непонятно.
Решив разобраться с этим позже, я попыталась сориентироваться на местности. Судя по моей одежде, лучше выйти к морю, а дальше видно будет. Достав удлиненный нож, прикрепленный к костюму, я, сверившись с прибором ориентации на коммуникаторе, направилась прочь от водоема с гадостью.
Уже через десять минут ходьбы я вся пылала, пот лился с меня градом, но снимать костюм не стала. Во-первых, неизвестно еще, как эта грязь может повлиять на мой организм, соприкоснувшись с ним, во-вторых, она уже от высокой температуры засохла и покрыла мой костюм коркой.
А еще через пятнадцать минут я вышла к воде и пляжу. Красота! Мое настроение сразу поднялось не только от красот природы, но и от того, что пятеро моих одногруппников, включая Джима, уже были на месте. Кто-то разделся, кто-то уже связывался с остальными ребятами, кто-то валил дерево. Посмотрев на махающего удлиненным ножом ракша, я еще раз поразилась силе этой расы.
Но дольше находиться в этом костюме я не могла, поэтому принялась стаскивать его с себя.
Ребята меня заметили и заулюлюкали, но мне было плевать. Рядом оказался Джим, чтобы помочь со шлемом.
– Быстро ты. А мы думали: придется отправляться за тобой или нет? Я выиграл.
Не ожидая такое услышать, я остановилась, так и не стащив с себя комбинезон.
– Вы что, на меня спорили?