Втянув в себя тонкий аромат, закусываю губы и на мгновение зажмуриваюсь.
- Прости, что оставлю тебя... прости... Но здесь мне не место. Здесь мне не выжить.
Улавливаю боковым зрением какое-то движение и поворачиваю голову. На углу здания стоит молодой мужчина из местных. Глядя на меня, жестом велит следовать за ним и сразу уходит.
- Пока... Все будет хорошо. - бормочу прежде, чем уйти.
Видимо, это и есть брат Карлин, про которого она мне говорила. Значит, все готово.
Прохожу вдоль торца строения, поворачиваю направо и сразу вижу его. Стоя у белой машины, он курит.
- Быстро.
Ускоряю шаг и сходу ныряю в салон седана через открывшуюся передо мной заднюю дверь.
- На пол. - говорит тихо. - И накройся пледом.
Сердце тарабанит набатом сразу везде - в висках, горле, проламывая ребра, долбит в груди. Только руки и ноги, как парализованные, почти ничего не чувствуют.
Как могу, сворачиваюсь клубочком на полу между сидениями и с головой накрываюсь пледом.
Стараясь не двигаться, тихонько читаю молитвы.
Хоть бы получилось!.. Хоть получилось!
Хоть бы Карлин не подвела!..
Примерно через полчаса она приходит. Громко с кем-то говоря, открывает заднюю дверь, бросает на сидение что-то объемное и тут же ее захлопывает.
Слышу голос Дарьи. Та, сдержанно прощаясь с ней, желает удачно доехать. Кто-то из мужчин желает того же самого. А затем девушка садится за руль и заводит мотор.
Сдает назад и, развернув машину, не спеша ведет ее по территории базы.
- Не высовывайся. Я скажу, когда можно.
Не шевелюсь. Не открываю глаза и даже, кажется, не дышу.
Я помню, что тут два пропускных пункта. И помню, как тщательно осматривали и машину и меня, когда она сюда въезжала.