«Мама! Почему ты не предупредила, что приедешь?! И почему ты так помолодела? Это новая медицина красоты?! И… Ты как-то изменилась…» Юнона засомневалась. Форма бровей немного иная, слегка другой нос, уголки губ еле-еле отличимые.
Марина стояла столбом и не могла вымолвить ни слова, все происходящее казалось ей каким-то сумасшедшим сном.
Кён, пришедший в себя раньше остальных, понял, что больше терять времени нельзя и, пока ситуация не прояснилась — надо хватать колбасные изделия (две палки как раз подкатились аккурат к его ногам) и бежать. Точнее, как бежать — скорее уж, торопливо ковылять к месту его «квартирования». Странную ситуацию можно будет обдумать и позже. Впрочем, общая картина уже успела смутно сложиться в его голове: Флиц строго-настрого не подпускал Марину к особняку, а, когда она все же его ослушалась — все вокруг приняли её за мать Юноны, даже сама малолетняя садистка. Вряд ли бы настоящая матушка девчонки стала бы секретуткой старикана, а значит, она просто похожа на означенную госпожу.
Кён уже почти дополз до ворот на площадку, как его грубо тормознули, схватив за плечо. Обернувшись, парень с горестным стоном узнал Дину.
{Блядь!}
«Что это у тебя в руках?» — подозрительно прищурилась девушка.
Кён молчал, судорожно пытаясь найти выход из ситуации. Сколько уже раз эта приставучая дрянь портила ему жизнь?
«Я повторять не буду. Откуда у тебя еда? Украл?»
«Это моё.» — медленно и размеренно прошепелявил парень, вперив в нее упертый взгляд исподлобья.
Девушка с удивлением отметила, что на сей раз жалкий раб не стал прятать глаз — поведение пацаненка меняется чаще, чем погода в море. А отсутствие зубов её только обрадовало.
«А теперь моё.» — она спокойно отобрала его ценную провизию. За воровство ему полагается отрезать руки, чем Дина и планировала заняться в ближайшем будущем.
Кён стиснул зубы, не отрывая гневного взгляда от девушки:
«Вы не должны так поступать, эта колбаса моя! Мне её принесли! Она мне нужна!» — бывший император хватается за две палки колбасы, как за собственную жизнь… В такие моменты начинаешь понимать, что судьба может любого загнать в ситуацию, где даже одна палка колбасы обретает ценность гор золота.
*пум*
Маленький кулачок Дины угодил ему прямо в солнечное сплетение, вышибая весь кислород из легких. В голове потемнело, тело предательски обмякло, парень, не удержавшись, рухнул на землю. Слабость, опять она…
«Жалкое отребье, ты вновь посмел проникнуть в особняк, украсть еду, а теперь ещё и говоришь со мной, как с равной себе?! Кажется, пришла пора укоротить тебе конечности.» — и девушка безотлагательно схватила Кёна за кисть. В руке её блеснул кинжал.
Парень запаниковал — вряд ли Дина соблаговолит следовать правилам ампутации, перспектива сдохнуть от потери крови развернулась во всей красе. Голова мгновенно выдала первое попавшееся на ум решение:
«Госпожа, я знаю, кто украл Ваше бельё!»
Руки Дины ослабели, выпуская из захвата конечность раба:
«Что ты сказал?»