Дед Яга и его дети

22
18
20
22
24
26
28
30

Андрей быстро закрыл ладонью правой руки лицо, левой вытащил из кармана маску, живо надел ее и бросился вон из кабинета.

– Что с ним? – удивился Мурзик.

– Забудь, – отмахнулась я и встала, – давай завершим комедию. Значит, тебя нанял мой муж! Стала участницей спектакля, причем дешевого.

– Если бы ты знала, сколько твой супруг заплатил за мое появление, то не произнесла бы сейчас «дешевого», – обиделся Воинов.

– Самое неприятное в истории то, что супруг считает меня идиоткой, которая способна поверить в то, что он нанял на время своего отсутствия «заменителя», – продолжила я, – ты здорово переигрывал. Виду не показывала, что знаю: твоя задача – довести меня до взрыва негодования, но я больше неспособна прикидываться дурочкой. У меня много дел, твое присутствие мешает. Спасибо за комедию, она получилась интересная, моментами смешная, но хватит.

– Я мог изобразить кого угодно, – возразил Сергей, – но у начальника имелась информация от заказчика. Тот хотел, чтобы я вел себя с его бабой так, как она с мужем обращается: постоянно обижается, ноет, всем недовольна. Я – зеркало. Моя задача – довести ее до вопля: «Ты невыносим, убирайся прочь». Как только эти или похожие слова прозвучат, я должен показать видеозапись, ее твой мужик сделал. А потом уезжать в агентство. Но есть условие. Нанят на время отсутствия законного супруга, необходимо продержаться минимум пять дней, и ни в коем случае нельзя, чтобы жена догадалась, кто я! Тебе следует пребывать в уверенности: получила «заместителя», невыносимого дядьку.

– Бредовее еще ничего не слышала, – остановила я Воинова, – глупее затеи не знаю!

– Вообще-то, я актер, снимался в массовых сценах, – принялся оправдываться Сергей. Иногда получал роль со словами, ну, что-то вроде: «Ищете Васю? Он пошел в магазин». Платили копейки, жили за счет жены. Некомфортно на шее у бабы сидеть, а что делать? Потом случайно узнал про агентство. Теперь изображаю, что велено, деньги нормальные получаю. Я хороший профессионал, да ни один режиссер это не понял. А в агентстве сообразили, кого получили. Воинов теперь у них самый дорогой актер. Устраиваю спектакль для одного зрителя, редко для группы. Никогда из образа не выхожу. Но сегодня случилось. Помнишь, как я из кабинета убежал?

– Да, – ответила я.

– Сын у меня родился, – засмеялся Воинов, – вот и выпал из роли. Браку нашему не один год, очень мальчика хотели. Да все никак. Потом махнули рукой: нет нам сына, ну и ладно. А через месяц жена беременна. Ждали только через десять дней, а он поторопился. Я и потерял контроль над собой.

– Поздравляю, – улыбнулась я, – от меня в подарок набор средств по уходу за кожей младенца.

– Вот спасибо, – обрадовался Мурзик, – и почему все, что связано с малышами, требует непомерных денег? Памперсы! Дрожь пробирает! Ночной горшок с музыкой! Да он как пианино стоит! Обычного, без разноцветных фонариков и мелодий, нет! У меня к тебе просьба!

– Говори, – разрешила я.

– Ты единственная из всех клиентов поняла, какая передо мной задача поставлена, – вздохнул Мурзик, – сделай одолжение, не гони вон. Много чего могу, рукастый я. Дверка шкафа у тебя в прихожей на одной петле держится. Поправлю. Поживу у тебя, не помешаю. Наведу порядок. Пройдет нужное количество времени, ты посмотришь видео, я в агентство вернусь. Мне хорошо заплатят, а у тебя порядок, гардероб починен. Идет? Если откажешься, сразу умотаю, но тогда шиш, а не оплата. А деньги очень нужны.

– Ладно, – согласилась я.

– Твой мужик странный, – продолжил Мурзик, когда мы пошагали по коридору, – описал жену как вздорную, глупую, обнаглевшую от больших денег бабу, которая ничего из себя не представляет, не дает супругу жить истериками и скандалами, никогда не меняет своего мнения. Ну, я себя вел так, потому что тебя изображал, зеркалил девицу.

Я открыла дверь в торговый зал.

– Мой супруг не мог говорить подобное. У нас произошел спор на тему: можно ли меня вывести из себя. Я говорила – нет, а супруг уверял – да. Поэтому вам предстояло своими капризами довести меня до вопля, доказать правоту мужа.

– В агентстве говорили совсем другое, – возразил Воинов, – странно, это же заказ, необходима точность при исполнении. Я – зеркало истеричной бабенки.

Я пожала плечами.