Особое задание

22
18
20
22
24
26
28
30

— А здесь не слишком до хера?

— Да ладно, мелочи! Для нормального пацана не жалко! — ответил Вован и от всей души хлопнул меня по плечу, от чего левая рука у меня снова отнялась. В который раз. Впрочем, я уже привык.

Тут на моей шее повисла Татьяна:

— Ты был такой милый все это время, — промурлыкала она мне на ухо и чмокнула в щеку. — Настоящий джентльмен! Я в тебя почти влюбилась!

Я покраснел и опустил взгляд в пол.

— Кстати, — добавила она шепотом, не разжимая объятий. — Ты, говорят, живешь в Америке? Я скоро еду туда учиться и уже знаю, кто там за мной будет присматривать! Так что готовься, ковбой!

Глава 4

…Дома было пусто, скучно и гнусно. Я пнул ботинок, одиноко стоящий у самой входной двери и, дождавшись, когда он успокоится в дальнем углу, смачно выругался. Никакой реакции: дом был пуст, и в ближайшее время в нем никого не ожидалось. Я ногой захлопнул дверь, отчего она жалобно заскрипела, потом поплелся вверх по лестнице, где не считая, выгрузил деньги из дипломата в сейф. Их было много. Но они меня почему-то не радовали: что мне с ними делать? Мариновать, что ли? Я закрыл сейф, зашвырнул дипломат под кровать в спальне, потом открыл бар, достал оттуда бутылку водки и выжрал половину прямо из горлышка. Не полегчало. Выжрал оставшееся. Увы и ах! Тогда поплелся в гараж, чтобы съездить позагорать, что мне обычно иногда помогало. Но стоило мне бросить взгляд на свой дурацкий «Шевроле» девяносто четвертого года, как мое настроение испортилось окончательно и бесповоротно. После «нормальных тачек» лезть в это убожество у меня не было никакого желания. Шарахнув кулаком по крыше ни в чем не повинной машины, я вернулся домой, разделся и улегся на кровать, закинув ноги на стену. Потом нащупал пульт и врубил радио. Новости. Опять новости. Ерунда какая-то! Опять новости! Что они, все сговорились, что ли? Убил бы! Пульт полетел в стереосистему, но в кнопку отключения не попал… Пришлось, матерясь встать и пнуть ногой… Помогло со второго раза: система немного поискрила и умерла…. Я еще немного поскучал и решил позвонить кому-нибудь из своих женщин: если оставить свое настроение без присмотра, то к завтрашнему утру мной можно будет пугать детей.

Сара, узнав о моем приезде, с радостью согласилась меня навестить, и через час уже звонила в дверь. Я не стал особо много говорить, а тут же поволок ее в спальню. Увы, и здесь меня ждал облом: я с ужасом заметил на ее талии небольшие складочки жира! А ее грудь, по сравнению с грудью Татьяны, заметно провисала. Расстроившись, я без всякого энтузиазма отдался ей на растерзание, не проявляя ни инициативы, ни пыла, ни особого желания. Девушка, наконец заметив мое состояние, сочла это результатом тяжелой командировки и, приняв душ и накормив меня ужином из найденных в холодильнике концентратов, немного расстроенная, ушла.

Я не жалел о ее уходе: наоборот, мне захотелось побыть одному, чтобы подумать о своем будущем. У меня, как оказалось, не было ни хорошей женщины, ни хорошей машины, ни хороших перспектив. Ничего хорошего. И я был не в силах ничего изменить!

Однако к полуночи меня осенило: ведь у меня есть деньги! А, значит, я, как минимум, хорошая машина уже не проблема! И фиг с ним, с будущим: хоть чем-то я себя порадую!

* * *

Утром, еле продрав глаза, я кое-как оделся, заполнил дипломат деньгами, поймал такси и поехал за покупкой в центр.

Найти «Астон-Мартин» оказалось нелегко: машины такого класса не продаются на каждом углу. Но, приложив определенные старания, я разыскал салон, где продавали суперкары.

«Астон-Мартин» там был один. Навороченный до предела. Серо-стального цвета, с белоснежным кожаным салоном и совершенно сумасшедшей стереосистемой. За триста тысяч долларов… Дилер, которого я попросил принести ключи, посмотрел на мои протертые джинсы и презрительно улыбнулся:

— Вам только от этой машины или от всех остальных тоже?

— Только от этой! — я не собирался с ним беседовать! Мне была нужна машина! Именно эта! И за любые деньги!

— Она не продается! — решил отвязаться от надоедливого клиента парень и отвернулся.

— Я сказал, принеси ключи, придурок! — я развернул его к себе и ткнул носом в дипломат Вована. — Денег навалом! На, смотри!

Увидя пачки сто долларовых купюр, чуть не вываливающиеся наружу, он от неожиданности икнул, побледнел и тут же сорвался с места:

— Конечно, сэр! Как скажете, сэр! Сию минуту, сэр!