А поскольку существовала все же крохотная вероятность, что это клиент, волшебница неохотно открыла. И закатила глаза, увидев того, кто пришел.
Ее разочарование можно было намазать на хлеб.
— Привет, Джи-Джи! — протиснулся в каморку горбатый полугоблин. — У тебя чего холодно-то так?!
— Дрова кончились, — равнодушно ответила волшебница. — И для тебя я мэтресс Спецеял. Или Джиданна хотя бы.
Плацента сделал вид, что не слышит. Шныряя по единственной в мансарде комнате и суя повсюду нос, он коротко изложил свое дело. Переступивший порог Мектиг Свирепый мрачно уставился на Джиданну, крепко сжимая страницу.
Волшебники. Мектиг ненавидел волшебников.
— Ты в своем уме, коротышка? — вяло спросила Джиданна, уяснив суть дела. — Не куплю я у вас ничего, разумеется. У меня в карманах пусто, как у тебя в башке.
— Вот дерьма тебе в лицо, ты ж волшебница! — возмутился Плацента. — Что я, тля, зря сюда тащился?! Мектиг, тля, эта дырка от котла нас прокинуть хочет!
— Эй. За речью следи, — хмуро велела Джиданна. На плечо ей взобралась белка и сердито застрекотала. — Вот именно.
— Че она сказала? — с интересом повернулся полугоблин.
— Ничего, что тебе захотелось бы услышать. И если у вас нет ко мне дела поинтереснее, выйдите и закройте за собой двери.
— Ну сучий потрох, какого рожна ты тут сидишь, задницу отращиваешь, если от тебя толку меньше, чем от дырявой кишки?! Ты хоть посмотри, че мы принесли, скажи, скока оно стоит!
— Чего ради я буду напрягаться? — лениво почесала щеку Джиданна.
— Серебруху дам, — неохотно сказал Плацента. — Одну.
— Давай сюда, только быстро.
Мектиг издал сдавленный рык и положил страницу на стол. К ней тут же подскочила белка-фамильяр, обнюхала и пискляво чихнула.
А вот Джиданна… Джиданна вперилась в нее жадным взглядом. У нее мгновенно пересохли губы, и она невольно их облизнула.
Плацента это заметил. Вертлявый полугоблин вообще много чего замечал. Сейчас, например, он уже знал, что купить Джиданна у них точно ничего не купит, потому что денег у нее нет даже на нормальный ужин.
Видно, совсем плохи дела у волшебницы.
Большую часть мансарды занимала всякая рухлядь. Старая продавленная кровать, хромоногий стол, сервант с антикварной посудой, горы пыльных ветхих книг, несколько давно вышедших из моды платьев…