– Тогда я сказала: «Оставьте его в Гренландии, пусть спит с миром в том месте, где произошла катастрофа». Мне не хотелось, чтобы кто-то еще рисковал своей жизнью.
Но теперь ее мнение изменилось:
– Конгресс заявил, что все пропавшие без вести на войне должны покоиться на родине, и я с этим согласна, – говорила мне Нэнси. – Раз все возвращаются, то, наверное, Господь поможет вернуть и тело моего брата.
Эдварду Ричардсону, которого его отчим Бенджамин Боттомс называл попросту «дружище», сейчас семьдесят семь. Но, погружаясь в воспоминания, он будто снова возвращается в детство.
– Главное, чему Бен меня научил – не обращать внимания на предрассудки, – говорит Эдвард. – Он иногда приводил с собой домой двух-трех солдат или матросов, которых «подбирал» вечером на остановке автобуса. Они ехали в город, чтобы пошататься и выпить. А Бен приводил их к нам и кормил домашним ужином. Помню, как-то пришел вместе с чернокожим парнем, а я до этого видел вокруг себя только белых. Наверное, я удивленно разглядывал этого человека, а Бенджамин сказал: «На земле много разных людей. У них разный цвет кожи, разный разрез глаз, но все они люди. Такими создал их Бог». Для меня это было важнейшим в жизни уроком, и я до сих пор его не забыл.
Остальные воспоминания приемного сына о Боттомсе отрывочны. Что-то сохранилось в его памяти с юных лет, а о чем-то рассказывала мать. Эд помнил, как отчим учил его плавать на побережье океана в Глостере, штат Массачусетс, или то, как посадил его себе на плечи и отправился за мороженым. Как они бежали вдвоем от грозы и маленький Эдвард потерял свою матросскую шапочку. А вот они вдвоем разворачивают рождественский сюрприз – лыжи. Мальчик знал, что на самом деле это подарок не от Санта-Клауса, а от другого человека с всклокоченной бородой.
Бенджамин и его пасынок не были родными по крови, но даже по прошествии многих лет Эдвард хорошо помнит отчима: круглое лицо, чуть редеющие волосы. Он не может забыть как мать, миловидная Ольга с черной, как смоль, шевелюрой, отказывалась верить, что ее муж погиб.
– Она до последнего надеялась, что он выжил. Все повторяла: «Может, его спасли эскимосы». Ольга Боттомс «сдалась» только после того, как пришел офицер Береговой охраны и уверил ее, что другие пилоты видели разбившийся «Грумман дак» и тела членов экипажа.
Свидетельство о телах было выдуманным, но оно произвело должный эффект: навязчивая идея, что Бен жив, перестала терзать его вдову.
– Я был маленьким и фантазировал о том, что поеду в Гренландию и найду его останки, – говорил мне Эдвард. Сейчас он – солидный и уважаемый пенсионер, бывший менеджер строительной компании. В юности он подумывал пойти в академию Береговой охраны. Но потом планы изменились. Мать снова вышла замуж, на этот раз за морского офицера. Ричардсон считает, что она сделала это прежде всего ради сына – чтобы он рос в полноценной семье, где есть отец, мужчина, образец для подражания.
Эдвард полагал, что если его отчима отыщут, то стоит похоронить его на Арлингтонском национальном кладбище. Или, может, лучше Бенджамину Боттомс покоиться в Джорджии, где он родился? Так или иначе, вернуть тело на родину необходимо.
– Очень хорошо, что его будут искать, – признался мне приемный сын Бена. – Жаль только, что мать не дожила. Она всю жизнь продолжала его любить.
И еще одно воспоминание: в юности Эдвард учился играть на трубе, но никогда не исполнял «Taps»[85].
– Однажды, когда я сыграл эту мелодию матери, она горько разрыдалась, так что я не решился когда-либо повторить это исполнение. Я знал, почему она тогда плакала.
Джерри Ховарт родился в той же самой бревенчатой хижине в Уосоки, штат Висконсин, что и его дядя Лорен (Лолли) Ховарт. К моменту крушения биплана мальчику не было еще и двух лет. Так что дядю он знал только по рассказам своего отца, младшего брата радиста «В-17» «PN9E».
– Это был деревенский паренек, – говорил Джерри. – Он, как и все остальные, работал на семейной ферме. Жили тем, что сами выращивали. Денег было мало. Мужчины охотились, в основном на оленей, но иногда и на уток. Все говорили, что Лорен был очень-очень тихим.
С гордостью Джерри заявляет, что Лорен первым из всего семейства получил высшее образование.
– Он работал в ресторанах, мыл посуду, чтобы добиться своей цели.
Джерри, ближайший родственник Лорена, предоставил сотруднику Береговой охраны Джону Лонгу наручные часы, принадлежавшие одному из братьев Ховарта. С них были взяты частицы ДНК для опознания.
– Жаль, что отца и других его братьев уже нет в живых. И все равно здорово, что тело Лорена доставят домой.