В комнате было темно, что несомненно нравилось Звездочету.
— Уже очнулся, лжеизбранник? — раздался издевательский голос со стороны окна.
Замдиректора не удивился, когда до него дошло, почему он так быстро оклемался. Кто же еще мог его настолько мастерски поставить на ноги.
— Любопытно, епископ, — улыбнулся замдиректора. — Чем обязан?
— Мы хотели узнать, что произошло в Дикой Зоне, чтобы понимать, кто же ты. Друг или враг? — проскрипел епископ.
— Делайте, что хотите, мне нужно срочно вернуться, — воспоминания постепенно возвращались. — Надо им помочь!
— Возможно, — пожал плечами епископ Иоанн. — Надеюсь, вы понимаете, что когда это закончится, Универсиада продолжится?
— Конечно, — кивнул Звездочет. — Но что если некоторые участники погибнут во время прорыва?
— Штрафовать каждый институт. Значит, они были не до конца обучены. Сами знаете, Зона не прощает слабых.
— А если это будете вы? — улыбнулся краешком рта Звездочет.
— Ха, а ты смешной, Алефтин Генрихович! — рассмеялся епископ скрипучим смехом, подошел к Звездочету, положил руку ему на плечо и ускорил восстановление. Со стороны могло показаться, что ничего не произошло, но на деле он влил в каналы Звездочета кучу энергии.
Наконец прибежала медсестра, которую Алефтин Генрихович послал за одеждой, и принесла его доспехи с артефактами.
Надо было бежать на помощь к товарищам. Его способности сильно облегчат работу в зачистке Дикой Зоны после прорыва.
Но здравый смысл подсказывал заглянуть сначала в столовую. Побольше калорий ему не помешает, а то Звездочет был так обессилен, что и ложку держал с трудом.
В столовой царил кипиш. Все хотели побыстрее восстановиться, поесть и отдохнуть. Даже кухня КИИМа пошла на уступки, и большую часть блюд сменили высококалорийные джемы и пюре для более быстрого переваривания.
Звездочет отыскал стойку, где находилась обычная домашняя еда. Он понабрал всего понемногу, занял четырехместный стол и принялся с расстановкой пережевывать пищу. Организм отозвался с благодарностью, и уже через тридцать минут, когда живот наполнился под завязку, Звездочет ускорил пищеварение, и стало полегче.
— Да у них там все какие-то лохи, — услышал замдиректора голос двух студентов из чужого института. Вроде Казанская форма.
Звездочет сидел впритык к углу, и его не замечали.
— Всех спасает только парочка мощных родов, — говорил первый студент. — Нахимов и Кутузов. Да Есенин. Ну и чего тут ловить? Понятно, что на их фоне все посредственности.
— А Кузнецов? Уж он на голову всех обскакал? — ответил ему собеседник.