Даже встала и подошла к раковине, у которой мужчина намывал наши с ним тарелки. Чуть нагнулась, заглядывая в лицо Антона и тут же попадая в плен его более чем серьезных глаз. На губах ни тени улыбки, а еще от него просто суперски пахнет мужским гелем для душа, что захотелось позорно уткнуться носом в его шею и вдохнуть полной грудью...
– Что? – заламывает бровь Котов, все еще пялясь на меня в ответ. Не может же он читать мысли, правда?
– Да так, – повторяю его манипуляции только уже со своей бровью, отступая. – Да так… – зачем-то повторяю, все еще прибывая в легком шоке от того, что он не только благодарить умеет, оказывается, но еще и мыть посуду.
Ого.
Нет, не так… ого-го!
А потом догоняет мысль, что меня ведь только что похвалили и сказали, что я вкусно готовлю! Все, щеки непозволительно ярко запылали от смущения, что даже пришлось топать в комнату, чтобы один самовлюбленный кот не увидел меня такой.
По правде говоря, с кухней я не очень дружила. Мы были в отношениях взаимоуважения и общались исключительно на “вы”. Я не умела готовить изысканные блюда, и жареная картошка была моим кулинарным пределом. Да и за все время моей жизни и моих, надо признать, непродолжительных романов, я никогда не кормила мужчину едой собственного приготовления.
Был раз. Всего один. И тогда я услышала прямолинейное:
– Солнце, может, тебе кулинарные курсы оплатить?
Было обидно. Очень. После этого с этим “экземпляром” мы расстались. И я подавила в себе всякое желание готовить для мужчин, пользуясь службой доставки. Да и жмотами они никогда не были у меня и могли себе позволить ужин в кафе или ресторане.
А тут… даже если Котов это сказал просто из вежливости, все равно, черт побери! Это было приятно.
К губам приклеилась улыбка, а настроение хоть немного, но поднялось. По крайней мере, убить Антона хотелось уже меньше.
Да что за чертовщина сегодня со мной происходит?
***
– Куда мы идем? – интересуется Котов, не очень охотно переставляя ногами позади меня вдоль одной из так называемых “главных” улиц поселка.
И я ему уже не раз говорила, куда и даже зачем, но, видимо, мужчину все еще не удовлетворил мой ответ, и он ищет в простом походе на базар какой-то глубинный смысл. Но нет. Нам просто нужно запастись продуктами на ближайшие дни, а сегодня как раз, если память мне не изменяет, мясной день. Вторник, когда можно купить любой вид мяса, начиная еще кудачущей курицей и заканчивая уже готовым шашлыком.
– Мы же должны что-то есть, верно? – спрашиваю и оборачиваюсь к Котову, притормозившему, чтобы погладить местного пса. Слегка потрепанная жизнью дворняжка так и ластится к почесывающему ее за ушами Антону, и не припомню, чтобы я когда-нибудь видела картинку милее с участием своего босса.
На его губах даже расплылась какая-то счастливая, невинная, едва ли не детская улыбка. И так захотелось тоже улыбнуться…
Так, нет. Стоп, Полина.
Разворачиваюсь и заставляю себя переставлять ногами дальше.