Вопросы-вопросы…
Тьфу ты, ну и заварилась же каша!
Я вздохнул, чувствуя, как напряжение, накопившееся за день, постепенно отпускает.
— Ладно, хватит думать о проблемах, — решил я, открывая глаза.
Лучше полюбуюсь закатом. Пусть он и нарисованный, но все равно — красиво же.
Но полюбоваться закатом мне так и не удалось.
Меня грубо схватили за руки и рывком подняли со скамейки.
— Вот он! — услышал я злорадный голос у себя за спиной. — Держи его!
Я обернулся и увидел перед собой двух громил в черной униформе. Их лица, искаженные злобой, ничего мне не говорили.
— Вы что, совсем рехнулись⁈ — возмутился я, пытаясь вырваться. — Пустите! В чем дело⁈
— Сергей? Механик из «Стальных коней»? — процедил один из бугаев, не обращая внимания на мои протесты.
— Да, а что? — спросил я, чувствуя, как меня охватывает тревога.
— Вы арестованы, — отчеканил громила, демонстрируя мне блестящий наручник. — Статья 213, часть вторая. Изнасилование. — Второй амбал произнес это слово так буднично, словно речь шла о штрафе за неправильную парковку.
Мир вокруг меня рухнул.
Стеклянный купол над головой, обычно такой безмятежный и манящий своей имитацией звездного неба, теперь казался мне зловещим колпаком, накрывшим клетку, в которой я оказался. Миллионы огней мегаполиса больше не завораживали, а, наоборот, давили, напоминая о том, как мал и беззащитен я в этом мире стекла и стали.
Изнасилование⁈ Мир качнулся перед глазами, искусственный закат над фальшивым горизонтом парка окрасился в кроваво-красный цвет. Я обвиняюсь в… В голове не укладывалось! Это какая-то чудовищная ошибка! Но кто и зачем?
Да у меня последний раз секс был три месяца назад. Да и то, ч заместителем главы «Инквизиции». А до этого — двести лет назад!
Меня, словно куклу, тащили по аллеям парка мимо зевак, жадно ловивших каждое слово, каждый жест. Голографические пальмы, под тенью которых я только что мечтал отдохнуть, теперь казались насмешкой, а ароматы тропических цветов — удушливым ядом.
В участке, куда меня привезли, воздух был пропитан безнадегой. Следователь, уставший от жизни тип с потухшим взглядом, не внушал доверия. На все мои вопросы он отвечал односложно, увиливая от конкретики. Единственное, что мне удалось выжать из него — это имя обвинителя. Анна.
Анна… Это имя ничего мне не говорило. Кто эта женщина? И как она связана со мной? Какая-то безумная ошибка, в этом не было сомнений. Но как ее исправить? Как доказать свою невиновность, когда сам не знаешь, в чем тебя обвиняют? Нет, понятно, что в изнасиловании… Тьфу, аж произносить противно такое. Когда я «успел» это совершить? Я, то дома, в виртуале, то на работе, в гараже. Когда я мог это сделать? А главное, зачем?