Призрачные нити

22
18
20
22
24
26
28
30

Брэйден бросил короткий взгляд и кивнул в знак прощания. Ведьма осталась одна посреди улицы. В голове роились вопросы, на которые так не хватало ответов. Именно поэтому сейчас она больше всего хотела убежать из этого города. Но ее нигде не ждут. Чувство безысходности сковывало, вынуждая переступить порог ее нового дома.

* * *

Почти потухший камин уже давно не грел. Эмма забыла подбросить дрова и теперь зябко ежилась от прохлады.

Сухие поленья вспыхнули быстро. Пламя мягко окутывало древесину, заставляя ее потрескивать. Шум прервал дверной звонок. Чейз поспешила открыть. Она была уверена, что это тетушка вернулась с рынка.

Эмма вышла наружу и открыла калитку. Кто любит такую погоду? Сентябрь выдался скверным, дурным, опять моросил дождь, размазывая и без того влажные листья по мокрому асфальту. Туман исчез, выгнанный сильным порывистым ветром. Силуэт Морин на фоне колышущихся тонких и черных ветвей выглядел одиноким и отдаленным. Темное пальто, длинная, до щиколоток темно-зеленая юбка. Слегка поседевшие волосы выбивались из наспех завязанного пучка. Тетушка заметно нервничала, теребя в руке выцветший платок.

– Что-то случилось?

– Случится… – Морин указала худощавым пальцем на дом соседей и, схватив племянницу за руку, потащила за собой. – У меня было видение! Если оно правдиво, то ты спасешь чью-то жизнь. Эмма, ты поможешь мне? Поможешь?

– Но…

– Не нужно «но»… Ты точно сможешь мне помочь. Я прошу тебя, помоги, иначе там случится то, что произошло с твоей матерью!

Чейз ничего не понимала. На пару секунд ей показалось, что тетка окончательно сошла с ума, но чем ближе они подходили к дому, тем отчетливее слышались крики и ругань. В груди вспыхнуло неприятное, колкое, болезненное ощущение – Эмма чувствовала чьи-то страдания. Казалось, этот человек глубоко несчастен, истерзан, он звал на помощь. Хрупкая, измученная душа искала понимания и помощи, но разбивалась о ненависть и чью-то стальную злость.

– Постучи, тебе откроют, – тетушка облокотилась о край выступающей стены и закрыла глаза. Ей было дурно.

Чейз уже поднесла руку, чтобы постучать, но та распахнулась сама собой. Все затихло…

– Ступай и помни: все, что ты должна сделать, – зайти и найти их, остальное произойдет само собой.

– Что произойдет? А ты? Ты не зайдешь?

– Дверь открыта только для тебя, я не могу переступить порог. Брэйдены прокляли меня, мне не зайти в их дом. Ступай быстрее, не оглядывайся, просто заходи. Ты должна спасти эту душу. Спасти ее…

Глава 3

Четверть третьего

Оставив дверь приоткрытой, ведьма сделала шаг вперед. Просторная гостиная находилась в плену темноты: свет горел лишь на втором этаже, он врывался в холл тонкой полосой, но тут же рассыпался на сотню бликов в зеркальном отражении в начале лестницы. Помещение тонуло во мраке, оставляя зрению лишь призрачные силуэты, в которых едва ли можно было угадать, что это на самом деле. Вокруг царил страх.

Влажные от переживаний пальцы осторожно касались шершавой стены. Второй рукой Эмма закрывала ухо: истошные вопли давили на барабанные перепонки, растворялись паникой в ее груди, дурманили сознание. Ей казалось, что земля вот-вот уйдет из-под ног, но магические нити крепко обвивали наспех надетые и не до конца зашнурованные ботинки. Они питали ее энергией, направляя Чейз вверх по лестнице.

«Спаси душу, исполни предсказание».

Шепот раз за разом повторялся, заставляя Эмму верить, что этот безумный поступок имеет значение, что он важен. Вот только решимости не хватало – на несколько секунд Чейз замерла. Она взволнованно осмотрелась, обдумывая, что стоило бы убежать, пока есть возможность. Но Нордвуд живет вне времени: он сам решает, что и когда должно произойти. И вкрадчивый женский шепот, раздающийся в голове, снова и снова повторял: «Спаси…»