Сыскарь

22
18
20
22
24
26
28
30

— Есть ещё! — не оборачиваясь, отозвался тот. — Но лучше так!

Сука! Я тут придавленный и покалеченный лежу, а они игрульки затеяли, дуэлянты хреновы!

Дождавшись, когда эльф, переместится в сторону и не будет скрыт от меня широкой спиной орка, я приподнялся, ухватил пистолет обеими руками и, сложив их для верности на мощную спину Януша, выпустил в ушастого убийцу сразу три пули подряд.

Этого хватило, чтобы уложить не поджидавшего от меня гадости уродца. А он что, думал, я тоже с ним миндальничать буду, позволив решить дело честным поединком? Да пошёл он в пень! Хотел бы жить, давно бы свалил! А так сам дурак.

— Всё, Митиано, — с чувством выполненного долга откинулся я, вновь опускаясь на пол, — хорош фигнёй страдать. Давай, вытаскивай меня из-под этого бегемота!

Физиономия подошедшего орка излучала вселенскую печаль. Ну надо же, отобрали у великовозрастного дитятки любимую игрушку, не дали вволю натешиться-нарезвиться. Ничего, потерпит.

Ухватив за шкирку и пояс штанов, орк немного приподнял Януша, позволяя мне отползти в сторону. Правда делать это пришлось, опираясь лишь на руки, по-идиотски извиваясь и волоча за собой успевшие занеметь ноги.

Еле успел — даже такому силачу, как Митиано, эту тушу на весу долго было не удержать.

Но едва грузное тело вновь шмякнулось об пол, до меня донёсся жуткий утробный стон, сопровождаемый тихим бульканьем. Януш зашевелился, приподнял голову и непонимающе уставился на меня оставшимся единственным глазом.

Я чудом не обделался! Так и сквозанул бы прочь, но ведь даже встать ещё не успел. Зашкрябал руками и непослушными ногами по полу, стараясь подальше убраться от ожившего мертвеца. Каким-то краем мозга понимал, что ничего тут сверхъестественного нет и выстрел просто не убил бедолагу, но меня словно переклинило, наполнив паникой.

Лишь грохот и яркая вспышка выстрела из «Громобоя» привели меня в чувство. В толстяке, да ещё покалеченном, Митиано достойного противника не разглядел и потому без всяких размусоливаний и излишних рефлексий добил подранка выстрелом в затылок.

Кровь и, похоже, ошмётки мозгов брызнули мне в лицо.

И вот тут я уже не смог сдержаться, отвернулся и, усугубляя всеобщий бардак, чуть ли не вывернулся наизнанку, в жёстком спазме выплёскивая из себя на пол все недопереваренные остатки завтрака.

Понятное дело, что от появившейся вскоре с разборками мадмуазель Кати я постарался держаться максимально далеко. Впрочем, она и сама не лезла обниматься. Лавовый поток гневных упрёков и ругательств получилось остановить лишь клятвенными обещаниями взять возмещение убытков от учинённого варварского погрома на себя.

Тем более, что ротмистр подсказал мне неплохой выход, поведав про возможность, если конечно прокатит, списать всё на последствия оперативно-розыскной деятельности. К тому же можно избавить себя от необходимости заморачиваться с трупами, доставив их в управление. Не самим же их закапывать.

А что, реально выход. Мерзавцы действительно напали на нас, когда мы получали информацию по делу государственной важности. Ну, почти. Кстати, о деле!

— Митиано, будь другом, — я указал на всё ещё торчащие в проёме двери ноги, — посмотри, жив этот субчик или нет. И если жив, не вздумай добивать, волоки его сюда, допросим.

Товарищ оказался живучим, но не очень разговорчивым. И дело было даже не в заработанном сильном сотрясе, заставляющем главаря болезненно морщиться на каждом слове и непрестанно ощупывать заплывшие здоровенной гематомой затылок и шею. Просто мерзавец попался не склонный к сотрудничеству. Перемена в обстоятельствах стёрла с подлеца щёгольский лоск, но не лишила наглой самоуверенности и упёртости. Заговорил он только после пары тычков в простреленный мной бок.

Естественно, это не я был сторонником подобного метода, а орк расстарался, проявив инициативу. Но, всё равно, узнали мы не очень много. Я сильно надеялся, что о смерти князя Снежина рэкетир, раз уж у него в охране эльфы подрабатывают, узнал от рваноухого террориста. Но нет, не из их тёплой компашки тот гад оказался. Хотя кое что бандит рассказал.

Нужного нам персонажа звали Клариусом и когда-то он состоял в одной с охранниками гильдии наёмников. Однако уже лет несколько, как его выгнали, как я понял, за нездоровую тягу к насилию. Это при том-то, что упокоенные нами эльфы и сами не страдали кротким нравом и миролюбием. Теперь Клариус промышлял в частном порядке, по слухам, нанявшись к какому-то иностранному дипломату.