Драконья справедливость

22
18
20
22
24
26
28
30

Что надо Эласко, в принципе было понятно, но мыслей Куспиниана угадать он не мог.

— Простите Уокена, — сказал эдил, подталкивая Лайама к столику в общем зале таверны. — Порой он бывает невероятно докучлив.

— Он ничего плохого не хочет, — ответил Лайам, движимый внезапным желанием защитить сотоварища. — Хорошо, когда молодой человек так пытлив. И… и наивен. — Словечко само соскочило с его языка, и Лайам скривился. Кто он такой, чтобы определять, кто наивен, кто нет?

Однако Куспиниану это определение явно понравилось.

— Наивен, — повторил он, — и очень пытлив. Да, таков наш Эласко. — Улыбка сползла с его лица. Он стал серьезен. — Вы, кажется, понемногу занимаетесь торговлей, не так ли?

Поскольку совсем недавно — на одном из прошлых застолий — эдил не очень-то лестно отозвался об этом роде занятий, вопрос несколько выбил Лайама из колеи.

— Да. Но на деле — даже менее чем понемногу. У меня партнерство в одном из торговых домов Саузварка. В этом сезоне мы снарядили семь кораблей.

— А ваши суда заглядывают в Уоринсфорд?

— Нет. Мы осваиваем Колифф и Рашкаттерский залив, они не ходят по рекам.

— Но может быть, какие-то ваши товары идут через нас?

— Да, кое-какие, — осторожно сказал Лайам. На самом деле большая часть товаров, заполнявших трюмы ушедшей в море флотилии, Уоринсфорда не миновала. Металл Кэрнавона, стекло и посуда с верховий Уорина, ткани и шерсть. И если корабли благополучно вернутся, то в западные и северные области Таралона по этой же речке пойдут заморские пряности и ковры.

— И все они облагаются налогами, так? Поборы за погрузку-разгрузку, насколько я знаю, грабительские, а существует еще и утруска, а?

Эта так называемая утруска раздражала торговцев больше всего. Посредники, орудующие в перевалочных городках типа Уоринсфорда, имели обыкновение объявлять часть товаров, идущих через их руки, порченной, то есть, попросту говоря, присваивали эту часть. Поделать с этим ничего было нельзя, и купцы, вздыхая и охая, списывали убытки в «утруску».

— Поборы порой бывают действительно высоки, — согласился Лайам.

Куспиниан с сочувствием кивнул, затем расправил плечи и наклонился к нему. Он смотрелся очень внушительно. Могучий торс, мощная шея, львиная голова.

— Мои возможности в Уоринсфорде не так уж малы, — заговорил он доверительным тоном, — и мне будет приятно в меру своих сил помочь вам и вашим партнерам. Я не слишком сведущ в торговле, но могу, например, присматривать за здешними молодцами, чтобы они честно вели с вами дела. А если уж и таможенники начнут к вам относиться по-дружески, то это ведь будет совсем хорошо, а?

Лайам не сразу сообразил, что ему предлагается взятка. А сообразив, поначалу не мог в это поверить. «Ну, скажите на милость, зачем ему меня подкупать?»

Куспиниан по-своему истолковал его замешательство и, разведя руками, изобразил на физиономии совершенное простодушие.

— Мы все воздаем должное нашему господину, так почему не воздать должное и его доверенным лицам? Человек, приближенный к его высочеству… вот что, квестор, давайте-ка попросту! Что вы скажете о положении дел в нашем маленьком городке?

— Скажу, что все у вас тут довольно неплохо, — выдавил из себя опешивший Лайам и смолк. Дурень, никто не интересуется твоим мнением, тебя спрашивают, что ты скажешь герцогу об уоринсфордских властях? Куспиниан по-прежнему считает тебя приятелем герцога, ведь ты так и не удосужился внести ясность в этот вопрос.