– Но увидеть-то я должна была! Вокруг некроманта сразу после магических действий остается аура силы. Недолго, минут на десять-пятнадцать. Вокруг меня тогда буря крутилась, слишком мощные были потоки… Он – увидел и почуял. Я – нет. Самовлюбленная идиотка! Эксперт, тоже мне… отставной козы эксперт… Думала, все смогу, все выдержу, со всем справлюсь! Вот, справилась. Закончим это дело – уйду к черту из стражи. Нельзя мне здесь работать.
– Это не ваша вина, – повторил Виктор.
Наверное, шеф или наставник нашли бы слова получше. Но их не было здесь, в скверике около управы. Был только Виктор.
Все совершают ошибки. И если каждый, кто хоть раз ошибется, уйдет – работать будет некому. Она была измотана спасением жизни, она не ожидала появления в Гнездовске коллеги-некроманта, она просто человек, живой человек, она не всемогуща!
Виктор отчетливо, до ночных кошмаров, помнил, как однажды не принял в расчет слова одного сомнительного свидетеля, пьянчужки-нищего, и что из этого получилось.
Ему стоило огромного труда понять и принять, что он не всесилен. Не может предусмотреть все. Он будет ошибаться, и ошибки будут оплачены кровью. Самое худшее, что можно сделать – ничему не научиться и просто сдаться.
– Послушайте меня, – жестко сказал Виктор Анне, взяв ее за руку и слегка встряхнув, – вы не виноваты. Вы ошиблись, да, так бывает. И ошибетесь снова. И еще раз. Это наша с вами жизнь и наша работа. Вы больше не повторите этот просчет, но будут другие. Вы не имеете права сдаться! Все пошло не так, у парня сорвало крышу, и он пошел убивать. Если кто-то вам скажет, что это ваша вина – он просто ненавидит вас до глубины души!
Анна кивнула. Достала из сумочки платок, вытерла глаза и кивнула еще раз.
– Я постараюсь это принять. В свою невиновность я не верю – но выбора-то все равно нет, правда? Нужно брать гада. И еще… – тут она немного смутилась, но потом посмотрела Виктору прямо в глаза, – простите мою заносчивость. Я не воспринимала вас всерьез, тихонько посмеивалась над вашими подозрениями в мой адрес… Простите.
– И вы меня простите за подозрения, – Виктор не то что бы считал себя виноватым, но ради сохранения хороших отношений с экспертом (а главное – эксперта в рабочем состоянии) был готов сказать что угодно, – мир?
– Хорошо, – грустно улыбнулась Анна и протянула ему руку.
Виктор церемонно ответил на рукопожатие.
– Вы можете его описать? – спросил следователь через пару секунд.
Анна закрыла лицо руками. В принципе, она могла бы ничего не говорить – все и так ясно.
– Нет. Простите. Я на него не смотрела, – очень тихо проговорила она. – Только рост – но мы и так это знаем. Простите, – добавила она почти беззвучно.
Виктор про себя отметил, что Анна слегка покачивается. Похоже, сейчас она снова на грани обморока от усталости, да еще и расстроена до слез (расстроишься тут! Виктор сам был готов выть в голос). Завтра магичка нужна бодрой и свежей, брать некроманта – задача не из простых.
– Время позднее, сударыня. Давайте я вас все-таки домой провожу? А с утра встретимся в управе и все обсудим. Обещайте мне отдохнуть и выспаться. Хорошо?
– Хорошо… – пробормотала она. Потом тряхнула головой, – нет, не хорошо. Мне нужен торт.
– Что, простите? – Виктор решил, что ослышался.
– Торт. Можно любой, но лучше всего – бисквитный, с масляным кремом. Знаете, в недорогих кондитерских продают такие, с дурацкими цветочками. Приторные и очень сытные.