– Здравия желаю, гражданин дю Люсон!
Небольшой шрам на щеке, загорелое лицо. Такой загар не получишь под парижским небом. Запахло тропиками, далеким теплым морем… Вот почему у парней такая походка, словно они ступают по палубе!
Можно было, конечно, объяснить, что гражданин дю Люсон надежно заперт в Сен-Пелажи, а я – всего лишь Франсуа Касавье. Но зачем?
– Слушаю вас.
Он на миг задумался, затем четко и раздельно проговорил:
– Флагманский корвет Лаперуза назывался «Астролябия»…
Что ж, бывает! Бархатная Маска цитировала Симонида в переводе Ракана. Но стихи я помнил, а вот по поводу маркиза де Лаперуза… Впрочем, выбирать не приходилось.
– Лаперуз держал свой флаг на фрегате «Буссоль». Кстати, «Астролябия» – тоже фрегат, а не корвет.
– Так точно. Двадцатидвухпушечный! – парень широко улыбнулся. – Прошу, гражданин дю Люсон…
Все-таки пароли надо придумывать пооригинальнее. Что-нибудь насчет мебели, например. «У вас продается венецианский шкаф?»
Меня провели к коляске. Второй моряк – тоже загорелый, с большим синим якорем на запястье, вскочил на козлы. Знаток фрегатов устроился рядом со мной.
– Здесь близко, гражданин дю Люсон. Извините, если нарушили ваши планы, но – приказ…
– Давно из тропиков? – не утерпел я.
Большие голубые глаза удивленно блеснули.
– Полгода… Но, извините, откуда?..
– Просто угадал, – мне стало весело. – В следующий раз вам надо будет припудрить лицо.
Моряк сокрушенно вздохнул. Да, шпион из него явно не получился.
Ехали мы действительно недолго. Широкая улица, большое четырехэтажное здание, часовые в знакомой синей форме…
– Пропуск на вас зарегистрирован, – негромко пояснил моряк. – У нас тут строго.
Где именно «у нас», я уже догадался, хотя никогда тут не бывал. Ведомство гражданина Ипполита Карно. Из логова Великого Инквизитора я попал прямиком в шатер Агамемнона.