Вдруг увидел ее перед собой между двумя рядами кукурузы. Я устремился к Арделии, но она со смехом растворилась и возникла уже в следующем ряду, справа от меня. Я тоже смеялся, гоняясь за ней и бесцеремонно топча посадки Сэма Ордэя. Впрочем, он вряд ли хватился бы такой малости. Так вот, всякий раз как я, весь облепленный свежей зеленью, достигал места, где видел Арделию мгновением раньше, ее уже и след простывал.
Мне стало не до смеха.
Мы играли в прятки около получаса, а мне все не удавалось до нее добраться. Я только распалялся все больше и больше. Вот она впереди, прямо передо мной, а в следующий миг – уже
Я начал беситься – моя лучшая рубашка взмокла от пота, галстук развязался, а ботинки покрылись грязью, – но тут Арделия снова мелькнула передо мной. Смеющаяся, с развевающейся вуалью.
«Догоните же меня, Дейв!» – звонко выкрикнула она.
Я только успел ее шляпку схватить, как бесовка опять исчезла. Лишь высокие кукурузные побеги колыхались в том месте, где она была секунду назад. Да, и еще обе ее туфельки там остались, прямо на земле. Я ринулся за ней и вдруг остолбенел – с одного из початков прямо перед моим носом свешивался ее шелковый чулок. А серебристый смех все звенел у меня в ушах не смолкая.
Я сорвал галстук и помчался за ней, не чуя под собой ног и высунув язык, как безмозглый пес, который не понимает, что в такой жаркий день лучше спокойно поваляться в тенечке. И знаете что – я повсюду оставлял за собой сломанную кукурузу, увечил ее и затаптывал. А вот она ни одного даже не повредила. Побеги лишь колыхались, как от легкого летнего бриза.
Скоро я нашел ее платье, затем комбинацию и пояс для чулок. Потом – лифчик и трусики. Смех ее затих. Слышался лишь слабый шелест кукурузы. Я беспомощно стоял и дышал как паровоз, прижимая к груди ее одежду. Вся она пропиталась ароматом Арделии, и этот запах кружил мне голову, сводил с ума.
«Где вы?» – заорал я, но мне никто не ответил.
Я уже совсем потерял голову – а она только этого и добивалась.
«Где ты, черт тебя дери?» – завопил я, вконец обезумев.
И в тот же миг ее белоснежная рука вынырнула из-за зеленого побега и погладила меня по шее. Я так и подскочил.
«Я ждала тебя, – сказала Арделия. – Почему ты так долго не шел? Разве ты не хочешь на меня посмотреть?»
Она схватила меня за руку и увлекла в кукурузу… И я ее увидел. Прекрасную и абсолютно голую, с ногами по щиколотку в грязи и с глазищами… серебристыми, как дождь в туманный день.
Дейв отпил воды, еще и еще, затем продолжил, закрыв глаза:
– Нет, в тот день мы не предались любви посреди кукурузного поля – за все время, что я ее знал, мы вообще ни разу не предавались любви. Но мы
Это продолжалось до бесконечности. Не представляю, сколько раз познал ее в тот день, но усталости я не знал. Когда мы начали, я был так возбужден, что мог изнасиловать даже статую Свободы; когда мы закончили, я ощущал то же самое! Я не мог ею насытиться. Ни тогда, ни когда-либо впредь. Арделия это прекрасно понимала.
И все же настала минута, когда мы остановились. Она закинула руки за голову, повела белоснежными плечами – лежа на спине прямо в грязи, – посмотрела на меня своими удивительными глазищами и спросила:
«Ну как, Дейв? Гожусь я в соседки?»
Я сказал, что хочу ее снова, но Арделия только рассмеялась и ответила, мол, требую слишком многого. Я все равно попытался на нее взгромоздиться, но Арделия оттолкнула меня с такой легкостью, с какой сука отпихивает щенка, не желая больше кормить его. Однако я не унимался, и тогда Арделия вцепилась мне в физиономию, расцарапав ее. Это привело меня в чувство. Она была ловка, как тигрица, но раза в два сильнее. Убедившись, что я все понял, Арделия оделась и вывела меня на дорогу. Я плелся за ней покорно, как ягненок.