Их вытеснили из Грузии на единственный приемлемый для них плацдарм.
А что дальше?
Дальше то, что происходит. Они вышли на военное ведомство России. На одно из управлений Минобороны.
Уже похоже на игру.
Какова цель? Вовлечь российских военных в силовую операцию на «нейтральной» территории? Ради одного немца? Не на того поставили.
Но если все так, то при чем тут управление Боровича?
При чем тут лично он, контрразведчик и специалист в области международного военного сотрудничества? Такое чувство, что немцев взяли в тиски, поставили вилку.
«Ариадна» всегда идет до конца. Тут либо восклицательный знак, либо пара вопросительных — без разницы. Почему «Ариадна» прет с таким упорством? Так, словно ее погоняют, тянут за единственную вещь, которая есть у нее: нить.
Распутать бы ее.
Поставили вилку… По всему выходит, что так.
Не хватало одной детали, мелочи, которая бы поставила все на свои места.
Хватит, решил закругляться Артемов, иначе голову сломаешь. Без яиц яичницу не сделаешь. Нужна дополнительная информация.
Свою активность перед Боровичем полковник решил ограничить двумя шифровками. Хватит с него и двух. Ни много ни мало — главное, они доказывают, что Артемов вовсю работает на контору генерал-майора и дальше готов выполнить любое поручение.
Впрочем, все будет зависеть от шефа: если Артемов получит на руки телеграмму, адресованную на имя того же полковника Еременко (кто этот Еременко — Артемов не знал, скорее всего, нет такого человека в оперативном управлении), то с ней ознакомится и Борович. Содержание же конфиденциальных радиограмм Артемов узнает из отпечатанных на «Роботроне» Светланы Комиссаровой, где не будет никаких «шапок» и «подвалов», а только текст.
И снова обмен телеграммами.