Закон подлости

22
18
20
22
24
26
28
30

В последнее время в этих краях только вы и пропали. Вернее, погибли. А это в моей ситуации весьма важное обстоятельство. Нужен такой человек. Профессионал, но незасвеченный.

Все живые профессионалы на виду, а вас давно уже похоронили. Улавливаете?

— Улавливаю. Так в чем дело-то?

— Сначала о вашем выборе. У вас две возможности. Сгнить здесь, в Пакистане.

Местные дяди как только поймут, что за вас денег не получить, так живо вас спишут в расход. Или согласиться сотрудничать со мной. В этом случае я вас выкупаю, а взамен попрошу прогуляться через Ирак. Ну как?

Я подумал и согласился. Хуже, чем есть, думаю, все равно уже не будет.

— Вот и славно. Контрактов я подписывать с вами не стану. Верю на слово, — обрадовался Коперник.

— Спасибо за доверие, — отвечаю.

— Но на всякий случай не забывайте, что за убийство мертвеца претензий к нам никто иметь не будет. Я не то чтобы вас пугаю. Просто вы профессионал и сами должны понимать правила игры.

— Понимаю.

— Тогда слушайте. Это не просто сделка. Я вас подписываю на дело, которое и впрямь для России очень важно. И, поверьте, это не пустые слова. Слышали, наверное, что в Ираке творится?

— Нет, — честно признаюсь. — Вот уже почти год, как ни телевизор не смотрел, ни газет не читал.

— Хм. — Коперник с пониманием так на меня посмотрел. — В общем, американцы в очередной раз на Саддама наехали. На этот раз по поводу бактериологического оружия. У Клинтона свои проблемы дома, так что и ему сейчас Ирак бомбануть — только в радость. Вся закавыка в том, что еще в «совковые» времена мы действительно это самое бактериологическое оружие иракцам продали. Оборудование, технологию… Ну да дело былое… Само по себе оружие не страшно. Я имею в виду его наличие у иракцев и вклад России в это дело. Но именно сейчас, в связи с кредитами и прочей политикой, не хотелось бы, чтобы Россию обвиняли во всяких гадостях, чтобы спекулировали на «совковом» прошлом. На бактериях, конечно, не написано: «Сделано в СССР». Но есть там один контейнер со штаммами очень, очень неприятных болезней, и по контейнеру этому специалисты запросто выяснят, откуда ноги растут. Вернее, не выяснят — это и так все знают, а докажут. Короче, именно этот контейнер и надо из Ирака вытащить.

— Так Саддам его и отдал. За него ведь уплачено. И немало, — возразил я. — Или вы мне предлагаете взять его штурмом?

— Нет. С иракцами уже есть договоренность. Я бы сказал, сделка. Они нам контейнер, а мы улаживаем вопрос с американцами и НАТО. Но проблема в том, что американцы будут землю рыть, чтобы перехватить этот контейнер. Да и в самом Ираке есть ястребы, которые не в восторге от этой сделки. И хуже того. У нас, в России, тоже есть желающие наложить руку на этот самый контейнер. Зачем, почему — вопрос другой. Но вот это-то и есть самое опасное. Именно поэтому я и вышел на вас. Вы мало того что мертвы… Есть еще и некоторая гарантия, что вас пока не завербовала ни одна из заинтересованных сторон. Понятно?

— Понятно, — отвечаю. — Я, значит, темная лошадка.

— Очень темная. Согласны?

— Согласен.

Вот так я в эту историю и влез. Если честно, я ведь этому Копернику поверил. Не только за свою шкуру старался. Да и он, в общем-то, чистую правду говорил. Только забыл, сволочь, добавить, что он сам в числе тех, кто желает «наложить руку»… За то, что он меня из Пакистана вытащил, — я ему благодарен. А вот за то, что он меня использовал, и за то, что чуть не заставил в собственных друзей стрелять, — я ему голову собственноручно откручу…

6