Костолом кивнул на Черкеса:
— Отведи гостя в его палатку.
— Слушаюсь, господин, что-нибудь еще?
— Нет, пока все.
Гейдаров поднялся, пожелал Теймуразу спокойной ночи и вышел вслед за денщиком.
Костолом остался в палатке один. Али ждал на улице, но главарю банды помощник сейчас был не нужен. Теймураз в данный момент никого не хотел видеть. Он прикурил длинную папиросу, набитую марихуаной, вторую за вечер, глубоко затянулся, вдыхая дым. После пятой затяжки главарь банды лежал на кошме, устремив невидящий взгляд горящих неестественным огнем глаз в потолок палатки. Слюна стекала с губ бандита, по физиономии блуждала идиотская улыбка. Наконец видения исчезли, и главарь банды уснул наркотическим сном. Проснулся он около восьми часов от шума, доносившегося из леса. Крикнул денщика:
— Быцо!
Тот объявился мгновенно, так как всю ночь охранял покой босса:
— Да, господин. Доброе утро.
— Какое оно к черту доброе, что за суета в лагере?
Денщик объяснил:
— Прибыл отряд господина Черкеса!
— А?!
— Я согрел уже воду, подать?
— Давай! И чаю покрепче!
— Слушаюсь, господин.
В 9.00, приведя себя в порядок, Теймураз, облаченный в боевую форму, вышел в лагерь. Гейдаров стоял на опушке вместе с помощником Костолома, Али, о чем-то оживленно разговаривая. Теймураз недовольно подумал: что за тему общую они нашли? Не иначе обсуждают общую обстановку в республике, которая, к сожалению, в последнее время складывается далеко не так, как этого хотели бы местные моджахеды и их забугорные хозяева. При виде главаря банды помощник и наемник замолчали.
Костолом поздоровался:
— Ассолом аллейкум, уважаемые!
Бандиты ответили: