Первый удар

22
18
20
22
24
26
28
30

Самое главное — для этого не надо долго учиться, вставать ни свет ни заря на завод, резать руки о горячую стружку, даже думать для этого совсем не надо. Нужно освоить две немудрящие операции, доступные даже среднего ума обезьяне — опустить монету в специальную дырочку и дернуть за особый рычаг. И все! Операция открывания кошелька происходит уже автоматически, без участия мозга.

Самые прозорливые рассчитывают на «Потного Джека», то есть на «Джек Пот». Выпадает он, конечно, редко, но ведь может же выпасть, может!

Но настоящие игроки пренебрежительно проходят мимо «одноруких бандитов», потому что по-настоящему большая игра идет в залах рулетки и «Блэк Джека». Там чаще всего стоит величественная тишина, прерываемая возгласами крупье, стуком жетонов и жужжанием шарика, летящего по колесу рулетки.

В этих залах собственно денег и нет, игра идет на безликие жетоны — металлические или пластмассовые кружочки, которые котируются только в этой стране игр. В другом мире на них не купишь ни хлеба, ни виски, ни самого плохонького автомобиля. Только на зеленом сукне жетоны приобретают ценность и власть, только их примет крупье и, возможно, вернет тебе в многократном размере.

Ни в одном казино Земли нет часов. Это особый мир вне времени, вне пространства — законы казино едины для Америки, России и Берега Слоновой Кости, можно не знать ни слова по-китайски и стать миллионером в пекинском казино. Вне времени и пространства царят только две вещи — азарт и число. Азарт игрока и число на рулетке, а сумма чисел на рулеточном колесе равняется 666.

Настоящий игрок Арво Ситтонен легко прошел мимо «одноруких бандитов», улыбнулся вежливым господам, осуществляющим на входе «фейсконтроль», и легким пружинистым шагом поднялся на второй этаж, туда, где шла Настоящая Игра.

Сыграл пару раз в рулетку, перешел в карточный зал — друзья Гены Есаула в рулетку не играют. И почти сразу увидел их. Три хорошо одетых господина мало отличались от остальных игроков, но мимика, но движения рук, особенно пальцев — их жесты чем-то напоминали язык глухонемых, постоянно шевелились, двигались, складывались в какие-то фигуры. И плохо уничтоженные татуировки на кистях. Господин Ситтонен пересел за их стол. Играл много. Играл по-крупному. Много проиграл, но много и выиграл. В итоге, наверное, остался при своих. Сгреб кучу фишек, небрежно высыпал в карман, встал из-за стола — в зале не поговоришь — и вышел в курительную. Почти сразу вышел один из троицы —помоложе и пошустрее.

— Вам сегодня повезло, — заискивающе сказал он.

Кастет небрежно повел плечами — мол, не для денег играем. Молодой топтался рядом, видно, не зная, что сказать дальше. Кастет решил ему помочь.

— Вы — местный человек? — спросил он с легким акцентом.

— Что? Да, конечно, местный… — молодой обрадовался продолжению разговора.

Надо было увезти этого бобра на катран и там казачнуть по полной…

— Мне мои друзья сказали, что есть место, на Среднегаванском проспекте, где идет нормальная игра, не на этот мусор, — Кастет презрительно вытащил пригоршню жетонов, — а на нормальные деньги. Я — не мальчик, я не могу играть, когда не вижу денег.

Молодой замер. На Среднегаванском был воровской катран, там правильные воры играли, и везти туда фраера?

— Я даже не знаю, где этот Среднегаванский. Есть и другие места, где на большие деньги играют, могу подсказать…

— Нет, мне друзья сказали — только там! Извините, я в другом месте узнаю, — и Кастет поднялся.

— Подождите, я у товарищей спрошу, может, они знают. Подождите, пожалуйста.

— Хорошо, я подожду, — и Кастет снова уселся в удобное кресло.

Молодого не было довольно долго, видимо, советовался с друзьями, может, звонил на катран.

— Извините, что я так долго, далеко эта улица, мало кто знает… Давайте я вас отвезу.