Клуб смертельных развлечений

22
18
20
22
24
26
28
30

— Максаков пытался свести свою дочь Александру с Коэном. Но оказалось, что Коэн увлечен не дочерью Максакова, а его женой Мариной!

— Откуда ты знаешь?!

— Не перебивай. И Марина неравнодушна к иностранцу. А такой проницательный в бизнесе олигарх Максаков, оказывается, абсолютно слеп в делах житейских, он не замечает этого, потому что сам увлечен молоденькой девушкой, работающей в «Березке». А Марина сейчас в Лондоне с Коэном, Денис ее там выследил по моей просьбе.

— Как Денис?! Ты хочешь сказать, что Денис тоже в Лондоне?! — совсем уже изумился Гордеев.

— Конечно, а где же ему еще быть? Я сам его туда отправил, следить за Мариной Максаковой.

— Ну и ну… Ладно. Теперь мне все понятно. Но я не понимаю, откуда ты знаешь, что у Максакова был роман с Катей Столбовой? Откуда?!

— От верблюда.

— Цыганков тебе бы этого ни за что не сказал.

— Он и не сказал. Но зато я расколол начальника службы безопасности Максакова — Петра Кирина. Он был одним из подозреваемых в убийстве Максакова. У него имелся свой мотив, он влюблен в Марину…

— А я не знал, что был еще один подозреваемый кроме Столбова.

— Тебе и не положено знать. Кульминацией истории стала смерть Максакова. Он занимался любовью с Катей в подсобном помещении. Катя отлучилась, а Максаков приходил в себя, сказывался возраст. Никого постороннего там не было, это нам известно…

— Еще бы, там хранились одеяла, подушки и прочее.

— Вот именно. Когда, разыскивая сестру, туда ворвался, на свою беду, вечно ревнивый Кирилл, он первым и увидел бездыханное тело. Максаков был окончательно и безнадежно мертв. Кто-то, предположительно Дубовик, ударил его ножом в сонную артерию. Ножом вскользь нами упомянутого Кирилла Столбова, который он украл в его комнате. Ревнивец Столбов разыскивал Катю, а напоролся на труп ее любовника и умудрился запачкаться кровью. Хотя слово «умудрился» и предполагает некоторую неловкость парня, что вполне соответствует действительности, на самом же деле запачкаться было немудрено. Спроси меня почему?

— Почему? — автоматически повторил Гордеев.

— Потому что, как ты сам заметил, кровь била фонтаном. Теперь мы знаем, что капли крови на одежде Кирилла появились не при ударе ножом и не при соприкосновении с телом. Смешно предполагать, что Кирилл хотел помочь потерпевшему…

— И это мы сейчас знаем, что Максаков умер мгновенно! — сообразил Гордеев. — А Столбов же, увидев его окровавленного, видимо, испугался, что его ранила Катя. Я уверен, что, если его расшевелить хорошенько, он и сам это скажет, если только сообщить, что настоящий убийца изобличен. Правильно?

— Очень может быть.

— Тогда, Александр Борисович, говори прямо, к чему ты клонишь, если ты уже сам так уверовал в невиновность Столбова!

— К тому, что Максаков мертвый не очень хорошо выглядит в глазах западных бизнесменов — за ним (то есть за его компанией!) скандал, адюльтер, убийство и все такое. В таком случае «Бритиш ойл» снова поворачивается лицом к Герману Дубовику.

— Я понял! — подхватил Гордеев. — Это все — согласно логике Дубовика. Но они не знают, что на принятие такого решения англичанам нужно благословение правительства. И Коэн улепетывает обратно на туманный Альбион. Конец мерлезонского балета. Чего мы теперь ждем, Александр Борисович?