— Прошу. — Когда старший лейтенант сел, положив на колени раненую руку, подполковник протянул ему кожаную папку. — Вот группы, которыми мы располагаем на сегодняшний день.
Кирилл кивнул и погрузился в изучение. Боевых групп оказалось восемь, но все они были схожи по качественному составу, как клоны из одной пробирки. Шесть-десять человек, командир, радист, один-два снайпера, один-два сапера, пулеметчик и несколько автоматчиков. Все это было не то. Кирилл точно помнил рекомендации, полученные от майора Крюковского. Снайперов должно быть минимум четверо и обязательно одно подразделение для слаженной работы. Но в данном случае в предложенном списке ничего подходящего не было. Старший лейтенант подумывал, что необходимо как можно быстрее связаться со своим московским начальством, как вдруг его взгляд упал на список, лежащий перед подполковником «Группа «Эдельвейс»: командир, радист, два заместителя, пять снайперов, два сапера, пулеметчик, шесть автоматчиков».
— Мне нужна вот эта группа, — Кирилл ткнул пальцем в список.
— Не получится, — отрицательно покачал головой подполковник.
— Почему? — удивился старший лейтенант.
— Во-первых, потому, что это не боевая группа, а учебный отряд. Во-вторых, они только прибыли с напряженных, почти недельных учений. Люди вымотаны и врядли смогут эффективно работать. Им нужно хотя бы несколько суток для полноценного отдыха.
— Понял, — кивнул Кирилл. На этот счет у него подробные инструкции. — До отправления отряда в Чечню есть десять часов, для наших специалистов вполне достаточно времени, чтобы восстановить их работоспособность. Объявляйте отряду «Эдельвейс» боевую тревогу. Всю ответственность я беру на себя.
Начальник базы внимательно посмотрел на Кирилла, после чего неодобрительно покачал головой и, откинув панель управления на левом краю стола, нажал одну из кнопок.
С суперплоского экрана телевизора «Sony» на Кухаря смотрело миловидное личико ведущей программы «Новости», девушка мелодичным голосом вещала:
— Сегодня в нашу страну с дружеским визитом прибыла парламентская делегация из России. Возглавляет делегацию известный правозащитник Сергей Анатольевич Правдин. Кроме обычных мероприятий, предусмотренных международным этикетом, парламентарии хотели бы судить с руководством нашей страны возможность экстрадиции арестованного чеченского террориста Махмуда Мансурова. До недавнего времени многие международные организации заявляли о возможной расправе над чеченцем. Но участие в этом деле самого Правдина гарантирует задержанному невозможность произвола властей…
Николай Кухарь щелкнул пультом дистанционного управления, выключая телевизор. Его мысли по-прежнему работали четко и хладнокровно. Вся продуманная им до мелочей операция пока срабатывала, что называется, тютелька в тютельку. Каждый задействованный в ней человек, как хорошо отлаженная деталь сложного механизма, четко исполнял свои функции.
После взятия чеченской кассы Скок повел (и довольно удачно) свою сольную «партию». Сперва он вышел на Праведника, плотно заарканив его на «пустышке» и вынудив его не только выступить посредником в переговорах с братьями Максуровыми, но и впоследствии довольно бодро плясать под его дудку.
Вскоре к Скоку Должны были подключиться направленные в помощь «три югославских мушкетера» — Федоин, Ловкач и Мусульманин.
Кухарь даже не мог себе представить кого именно в этот самый момент серый «Опель» подвозит к секретной усадьбе Мусы Максурова…
Тяжелые кованые ворота с едва слышным жужжанием начали медленно разъезжаться, пропуская внедорожник во внутрь. «Опель» проехал по широкой аллее, упирающейся в особняк, и, едва остановился, как один из охранников быстрыми шагами спустился с крыльца, подошел к автомобилю и услужливо открыл дверцу. Мусульманина провели в просторный холл, обставленный дорогой кожаной мебелью, пол был устлан толстыми ворсистыми коврами, а стены украшены старинными картинами в массивных золоченых рамах. В его понятии именно так и должно было выглядеть жилище магната, причем с отвратительным вкусом.
Внезапно колыхнулся гобелен, маскирующий дверь, и в холле неслышно возник угрюмый чеченец, толкая перед собой сервировочный столик, заставленный бутылками с разноцветными этикетками. Молча оставив столик рядом гостем, чеченец так же неслышно удалился. Сидящий в кресле Мусульманин успел заметить у него под правым плечом кобуру с кургузым «макаровым». «Два в одном сочетание вертухая с халдеем», — с усмешкой подумал Сергей Лаюк, но рассудил, что такое, как правило, происходит не от хорошей жизни.
— Угощайтесь, — вместо приветствия раздалось где то за спиной гостя. Не поворачивая головы, он спокойно ответил:
— На работе не пью.
— Похвально, — перед взором Мусульманина предстали два брата Максурова. Выглядели они, как пара затравленных волков. «Да, гордые чеченцы, видимо, переживают за своего младшенького пса», — внутренне усмехнулся Сергей.
— Судя по рекомендации, которую дал мой друг депутат Правдин, вы тот человек, который может освободить Махмуда, — заговорил старший Максуров, Муса. — Как понял, встреча вам нужна, чтобы обсудить с нами оплату этой акции. Итак, сколько вы хотите?