Истребитель снайперов

22
18
20
22
24
26
28
30

И совсем ужасно выглядел сам Ариец, Ашот Каспарян: от выстрела в упор его лицо превратилось в кровавое месиво. Его смерть уже не оформишь как смерть от сердечной недостаточности.

— Значит, так, будем оформлять автомобильную катастрофу, — задумчиво произнес Серхио, вынимая из кармана трубку мобильного телефона.

Зато недолгое время, что они жили в Нидерландах, он все-таки смог обзавестись кое-какими полезными связями. Одним из его верных людей был директор морга доктор Ван Калин. За хорошее вознаграждение ему не составит большого труда оформить покойников как погибших от несчастного случая. Придется, правда, трупы вывозить за город, чтобы оформить должным образом смерть всей троицы.

Договорившись с Ван Калином о приезде машин, Каспарян внимательно посмотрел на своих телохранителей и коротко бросил:

— Упакуйте их в пластиковые мешки. И пусть здесь наведут порядок. — Вторая фраза касалась старшего охранника, который оставался за главного на вилле.

Отдав необходимые распоряжения, Серхио направился в кабинет отца. Несмотря на горечь и боль потери, все эмоции младший Каспарян отбросил, он должен был все проверить и убедиться в своих подозрениях.

В кабинете все было как обычно: пластиковая мебель, опущенные жалюзи на окне. На стене в массивной раме висела картина с горным пейзажем, который отцу напоминал родную Армению.

Несмотря на возраст, покойный Ашот Каспарян легко принимал все новшества, хотя был человеком дальновидным и осторожным.

В центре рабочего стола стоял монитор компьютера. Уверовав в победу научно-технической революции, Ариец управление домашней электроникой перевел на панель управления компьютера. Серхио сел в удобное офисное кресло, его толстые пальцы, увенчанные перстнями, привычно легли на клавиатуру. Он быстро и сноровисто набрал пароль — «Армения».

Монитор вспыхнул, компьютер начал работать. Младший Каспарян четко знал, что ищет. Вскоре он отыскал программу проверки скрытых телекамер, контролирующих помещения изнутри. Просмотрев все комнаты, кабинеты и подсобные помещения, он наконец остановился на тренажерном зале, теперь оставалось только выбрать необходимое время. Так как точного времени он не знал, то пришлось просто выставить на утро этого дня и все просмотреть в ускоренном режиме.

Через несколько минут на экране мелькнула широкоплечая фигура Шатуна, который, сидя в кресле напротив его отца, потягивал из бокала темное вино. Микрофонами камеры не были оснащены, но все было ясно и бёз звука.

Когда Шатун поднял брошенное пальто с пола, отряхнул его, надел и не спеша направился к выходу, небрежно переступив через труп Симона, младший Каспарян недобро улыбнулся. Этот наемник действительно был высококлассным профи, но теперь это уже не имело никакого значения. Он должен умереть, такое решение принял Серхио.

Еще несколько минут манипуляций с клавиатурой, и Серхио вытащил из железной памяти компьютера файл с досье на Шатуна. Покойный Ариец не начинал работать с человеком, не выяснив всей его подноготной.

Кулак с татуированными перстнями с грохотом опустился на крышку полированного стола, от детонации жалобно зазвенела хрустальная посуда.

— Замочить законника, да кто ему дал такое право? — ревел сохатым Бушлат. Находившаяся в комнате во время трапезы пристяжь ошалело «поджала уши», не понимая, что же происходит. Несколько часов назад они «по секрету» узнали от Панциря, что Бушлат провернул хитромудрую комбинацию, из-за чего «засланный казачок» пришил Арийца, и вот теперь пахан снова не доволен. — Право жмурить законников дает только общая сходка, по делам и награда. Но какой-то мочила из Нижнего Тагила это решать не будет. Шкуру живьем спущу с сучонка.

Порыв безудержной ярости Бушлата был вполне объяснимым, если знать, что буквально за несколько минут до общего ужина (настоящий законник никогда не отрывается от братвы) на личный номер Николая Башлина позвонил доктор Ван Калин, которого старый урка собственноручно «прикормил», используя свои коварные воровские подходы, и на ужасном русском языке рассказал о смерти Ашота Каспаряна, указав точное время его смерти. Из чего выходило, что, когда Шатун звонил и договаривался об оплате за ликвидацию Арийца, тот уже лежал с расквашенной рожей и неудержимо холодел. Наверняка армянин и не помышлял заказывать оппонента, а вот наемник развел его, вора в законе, как последнего фраера ушастого, стопроцентного лоха.

Такого оскорбления Бушлат простить никак не мог, нервы у старого рецидивиста были совсем ни к черту. Первым делом он отправил племянника на поиски яхты, на которой от «Клеопатры» отплыл Шатун. Хозяева яхты могли знать, куда подался их пассажир.

Сесть за накрытый стол братве так и не пришлось, слишком была велика ярость законника.

— А ну-ка тащите сюда Всезнайку, — наконец распорядился Бушлат.

Несколько «быков», вскочив со своих мест, опрометью бросились из обеденного зала. Они прекрасно понимали, о ком идет речь.