Закрытый регион

22
18
20
22
24
26
28
30

— Это же знак одной из мафиозных группировок!

— Да ты что! Надо сообщить Энрике.

Охранники тут же связались с Эстебаном и рассказали о случившемся. Тот недоумевал, пытался уточнить, не произошло ли ошибки. Но его заверяли в том, что змея с отрезанной головой действительно является своеобразной меткой местной мафии. В конце концов атлет пообещал приехать на место боя. Громилам же дал он указание придержать этого мафиози, не убивать его.

Батяня вновь огрызнулся несколькими очередями. Громилы посетовали на то, что так он постепенно достанет всех. Впрочем, больше они верили в то, что у мнимого мафиози закончатся патроны.

Лавров же надеялся на то, что одна из пуль угодит в топливный бак машины. Тогда можно будет пойти на прорыв окружения. Пелена тумана по-прежнему не позволяла ему толком различить очертания автомобиля.

Тут Андрея осенило. При себе он имел рацию. По идее, можно было настроиться на волну, которую преследователи использовали для переговоров между собой. Майор сумел сделать это, но пока не стал афишировать свой успех.

Он рискнул воспользоваться фонариком, чтобы осветить ближайшую к нему тройку громил. Нескольких секунд хватило на то, чтобы отметить для себя их местоположение. После этого со стороны Батяни мгновенно последовала автоматная очередь.

Все трое рухнули на землю. Трудно было понять, ранены они, убиты или просто спасаются. Последовали выстрелы в ответ.

Батяня залег в канаву и по рации попытался связаться с группой при автомобиле.

— Эй, там, на машине. Этот черт всех нас ранил, — проговорил он. — Сливайте бензин и поджигайте. Нужен свет. Иначе мы его упустим.

— Это кто говорит? Хосе, ты, что ли? — послышалось в ответ, но десантник не стал ничего говорить и отключил рацию.

Понимая, что его могли слышать и остальные, майор снова открыл по ним огонь. Судя по возгласам, еще как минимум один из преследователей был ранен, а рация — разбита.

Возле машины началась возня. Громилы поверили в сообщение, полученное по рации, и собирались слить топливо. Этого Лавров и добивался. Он отполз на необходимое расстояние, прислушался к шуму у автомобиля и принялся стрелять одиночными.

Громилы в ужасе закричали и бросились убегать. Майор же продолжал палить. Он слышал, как пули взрезали обшивку машины, никак не мог добиться своего, однако не сдавался, стрелял снова и снова.

Когда Батяня почти отчаялся и выпустил пулю напоследок, все получилось. Пуля угодила в бак, искра заставила бензин воспламениться, прогремел взрыв. Машину подбросило. Она быстро занялась пламенем.

Батяня сразу же сменил автоматный рожок и принялся стрелять по противникам, опешившим от произошедшего. При этом он двигался вдоль дороги в направлении трассы.

Преследователи даже и не старались ответить ему. Казалось, что они были полностью подавлены и деморализованы.

Впрочем, у одного из них сорвало крышу. Он вскочил с земли, на ходу подобрал автомат и ринулся вслед за «мафиози». При этом он что-то кричал.

Да, это был противник, но Лавров не стал его убивать, лишь полоснул очередью по ногам. Теперь можно было ускориться, пересечь трассу, достать квадроцикл и вернуться к месту привала.

Стоило ему подумать об этом, как позади раздался громкий шум мотоциклетного двигателя. Энрике Эстебан собственной персоной спешил появиться на месте боя. Он мчался на мотоцикле, держа в руке пистолет. Едва Батяня обернулся, как его новый преследователь нажал на спусковой крючок.