– Вероятность этого исключать нельзя.
– Да, Александр Михайлович, ты не узнавал, кто такой этот Карбалла, которому вдруг игиловцы делают подобное предложение?
– Недавно принесли досье на него. Ничего особо интересного, кроме того что Карбалла крупный наркоторговец, владеет лабораториями, заводами по переработке сырца, а значит, и рабами, и имеет организаторские способности.
– Плюс ко всему наверняка выход в наши бывшие среднеазиатские республики, через которые пересылает наркоту в Россию, – добавил Каманин. – А это плюс для боевика, принявшего сторону ИГИЛ. Видимо, как раз это и сыграло главную роль в том, что выбор пал на него.
– Для руководства учебным центром совершенно необязательно иметь какие-то выдающиеся способности. С этим справится любой полевой командир среднего ранга, – возразил Володарский.
– Ну, значит, Карбаллу только на начальном этапе ставят на учебный центр, в дальнейшем планируя карьерный рост внутри организации, не исключено, что его в будущем видят руководителем афганского отделения ИГИЛ.
– В таком случае тем более придется давить его в Харасе. Впрочем, как говорил, все решит Сам.
– Понял. Ты мне информацию не сбросишь?
– Только после доклада Верховному.
– Понимаю. Хорошо. Спасибо, что позвонил, наши агенты в Пакистане держат под контролем колонну в Наварусте, активируют агентуру и в Кандагаре. А у тебя есть дружественное племя Хату. Правда, до их привлечения еще далеко, даже если президент и даст отмашку на проведение операции против учебного центра.
– Ты прав. Поедешь домой?
– Теперь можно.
– Спокойной ночи!
– Спокойной, Георгий Алексеевич. – Володарский положил трубку, взглянул на помощника: – Ну, что, Гена, по домам?
– По домам! – вздохнул помощник.
– Тогда гаси свет, поехали.
– Вы подбросите меня?
– Что за вопрос, Гена, нет, оставлю до утра на вокзале.
– Спасибо!
– Не за что!