Кроваво-красная текила

22
18
20
22
24
26
28
30

Лоб Бо потемнел.

— А это еще что за тип?

— У нас есть адвокат, — ответил я. — И есть репортер из «Экспресс-ньюз», готовый вцепиться тебе в глотку. Вот что я тебе предлагаю, Бо — отвечай «да» или «нет», когда я буду задавать вопросы. Если ты еще раз скажешь, что не понимаешь, о чем я говорю, я позабочусь, чтобы Карлон правильно написал твою фамилию в ближайшем воскресном выпуске. Ты понял?

Бо решил встать, и я украсил еще одним красным отпечатком ладони его щеку. Он медленно опустился на место и закрыл голову руками.

— Я тебя убью, — пробормотал он без особой уверенности.

— На диске находятся фотографии людей, силуэты которых ты вырезал из копий в твоем портфолио — ночная встреча в лесу, три человека, и то, что между ними произошло — этого оказалось достаточно, чтобы шантажировать их на десять тысяч долларов в месяц.

Мне показалось, что он кивнул. Однако движение головы было таким незаметным, что полной уверенности у меня не возникло.

Я взял часть денег со стола.

— Сегодня тридцать первое июля, день платежа, но здесь гораздо больше десяти кусков. Дэну известно, что у тебя один диск. Я думаю, ты договорился с ним, что продашь ему второй. Ты закроешь свои счета и сбежишь; он же получит гарантию, что фотографии изъяты из обращения. Сегодня ты пытался выиграть время. Возможно, именно поэтому он тебя ударил.

— Да пошел ты…

— Будем считать, что ответ «да». Но будь ты проклят, Бо, где Лилиан?

Он начал тихонько трястись, продолжая закрывать голову руками. Далеко не сразу я понял, что он смеется. Когда он поднял голову, его глаза превратились в распухшие щелочки.

— Ты полный придурок, — сказал он. — Все еще играешь в ее защитника?

У меня перехватило горло.

— Не хочешь объяснить поподробнее?

— Она превосходно умеет заставлять других людей ее защищать. Я этим занимался много лет. Потом Шефф. Если тебе повезло, Наварр, она мертва, и ее тело предали земле. Может быть, так и есть.

У Майи очень сильные руки. И только то, что она успела схватить меня за локоть, его спасло — в противном случае, я бы изувечил Бо. Она держала меня до тех пор, пока я не почувствовал, что рука у меня начала неметь. Тогда Майя наклонилась ко мне и прошептала на ухо:

— Пойдем, вполне достаточно.

Мы оставили Бо в директорском кресле, он продолжал трястись, словно уже не мог контролировать свое тело. Пакет с деньгами я забрал с собой.

Мы прошли мимо хмурящегося владельца галереи, одетого в желтую рубашку и черные брюки, спустились по металлической лестнице и оказались на парковке «Голубой звезды», где мужчины в черных костюмах открывали очередную бутылку шампанского. Только после того, как Майя взяла меня за руку, я понял, как сильно сжимаю кулак.