— Правильно, — подтвердил он.
— А чем занимаются остальные старейшины?
— Кто чем, — пожал плечами он. — Разведка залежей, добыча, металлургия, каталитическая алхимия. Ну и разное по мелочи.
— То есть от них мы, как предполагается, будем получать металл и камни, а вот готовые изделия и артефактные заготовки будут идти от вас?
— Именно так.
— Тогда с ними я не вижу никакой проблемы, у них мы будем просто покупать материалы. А вот нам с вами потребуется что-то посерьёзнее. Как я уже вам говорил, мы не можем просто покупать у вас изделия для перепродажи, потому что дворянству запрещено заниматься торговлей. Нам с вами придётся создать совместную структуру, причём она не может быть обычной компанией. Для обычной компании, которая в операционной деятельности независима от своих учредителей, продажа ваших изделий будет торговлей, и мы, соответственно, в такой компании участвовать не сможем. Но я подумал на эту тему и всё-таки нашёл решение: у нас с вами будет кооператив, который будет продавать результаты своего труда. Точнее говоря, не простой кооператив, в котором могут участвовать только физические лица, а более универсальная структура, которая законом определяется как кооперативное товарищество сложнодолевого участия.
Я посмотрел на Кальцита, из глаз которого быстро уходило осмысленное выражение, и понял, что надо быть проще.
— Ну, не буду вдаваться в юридические детали. Если говорить в общем, то вы будете продавать свои украшения, а мы будем покупать у вас заготовки и продавать наши артефакты. Мы будем также получать небольшую долю от ваших продаж, а вы — такую же долю от наших.
— А зачем вам отдавать часть прибыли? — осторожно спросил он. — Ну, и нам тоже зачем?
— По закону придётся, — с сожалением развёл я руками. — В таком товариществе допускается разная доля партнёров для разных видов деятельности, но партнёры должны получать прибыль от всех видов деятельности. В противном случае товарищество будет признано фиктивным объединением, и принудительно разделено по виду деятельности. И тогда вам придётся самим продавать свои украшения, мы не сможем в этом участвовать.
— Я в этом ничего не понимаю, — со вздохом признался Кальцит.
— Возможно, вам стоит нанять поверенного, который будет представлять ваши интересы?
— Возможно, и стоит, — недовольно поморщившись, согласился он, — но знаете, господин Кеннер, я скорее поверю слову аристократа с хорошей репутацией, чем какому-то крючкотвору, который будет непонятно чем заниматься за наши деньги.
— Как вам угодно, — пожал я плечами. — Мы вас обманывать не будем, и в этом я даю вам слово чести. Разумеется, вы будете своевременно получать все отчёты, и ваши представители будут иметь возможность в любой момент провести полную ревизию деятельности товарищества.
Кальцит тяжело вздохнул и чисто по-крестьянски поскрёб в затылке. На самом деле я его вполне понимаю — перспектива влезать в эти дебри вряд ли может обрадовать человека искусства, да и вообще любого нормального человека. У меня самого от нашего законодательства порой ум за разум заходит, хотя я постоянно на эту тему что-то читаю вот уже много лет, с самого детства.
— Ну вот мы что-то продали, получили деньги, а дальше что? — спросил он. — Что мы с этими деньгами будем делать?
— Будет ещё одна компания, которая за некоторую комиссию будет выполнять ваши заказы и доставлять их… кстати, куда доставлять? К доломитовым вратам?
— Лучше туда, наверное, — подумав, подтвердил он.
— Тогда мы построим у врат небольшой воздушный порт, а вы устраивайте внутри промежуточный склад для выгруженных товаров. И начинайте подводить туда рельсы. Сотню ласт[20] товара вы на тележках не перетаскаете. Нужна хотя бы хорошая узкоколейка. Ещё вам будут нужны надёжные створки для ворот и хорошая охрана. Я думаю, немало банд захотят, так сказать, поучаствовать в торговле. Первое время придётся подраться — пока они не обломают зубы, не успокоятся.
[