Кай усмехнулся моим глубоким познаниям там, где не надо.
– Дай взглянуть, – настойчивее повторил он, выпрямился и протянул руку.
Я прижала роман к себе и отступила назад, пока не уткнулась в тумбу у кровати.
– Ни за что.
– Кас, прошу по-хорошему.
– Не сказала бы. Твой шаг ко мне был весьма угрожающий.
Не знаю, что с ним сегодня. Наш диалог был поразительно расслабленным, почти похожим на те, что были раньше, однако Кай чуял обман за километр, а меня, похоже, читал, как открытую книгу.
Без лишних предупреждений он бросился ко мне, но я ожидала нечто подобное, поэтому успела вскочить на кровать и перемахнуть на другую сторону, продолжив прижимать томик к груди. Кай не стал напрягаться, с притворной расслабленностью обошёл постель. Я насторожилась, прекрасно зная этот обманчиво лёгкий шаг, взгляд из-под упавшей на глаза чёлки. Он приблизился, и меня обдало запахом его парфюма, пряно-древесный аромат опьянил, на несколько мгновений лишив возможности свободно дышать. Сердце ускорило ритм, но я не позволила себя обмануть и резко пригнулась. Нырнула ему под руку, уходя от захвата. Из-за книги я не могла двигаться достаточно быстро: Кай, будучи выше ростом, развернулся, схватил меня за локоть и дёрнул назад. Я вытянула свободную руку, относя роман от него подальше, Кай фыркнул, но я не переставала раздражать его тем, что юрко уклонялась от каждой попытки отобрать мою порноисторию. Я проиграю, это лишь вопрос времени, когда он применит больше силы, но всё же я упрямилась, не желая уступать ему даже в мелочи.
Улыбка пропала с лица Кая: игры ему надоели. Я запыхалась, движения стали замедляться. Пару раз он едва не выхватил книгу, но я вовремя её отстраняла. И вдруг вскрикнула, получив подсечку по ногам, но рухнула животом на кровать. В последней отчаянной попытке я намеревалась уползти по матрасу, но закряхтела под весом чужого тела. Он просто улёгся сверху! Я замерла, сперва не в силах вздохнуть, а затем от ощущения его бёдер, тесно прижатых к моей заднице. Кай выхватил роман, стоило мне о нём позабыть.
Одной рукой он придавил мои плечи к матрасу, его тело наполовину лежало сверху, пока второй он шелестел страницами у меня над ухом, проверяя книгу. Я хрипло дышала, стараясь выглядеть разгневанной, а вовсе не смущённой нашим положением.
– Иллюзия. Так и знал, – заключил Кай раздражающе ровным тоном. – Но ты делаешь успехи. Веста говорила, что ранее ты создавала пустые книги. Сейчас же… две страницы с текстом. Ты прекрасно вспомнила сцену с… хм…
Его треклятое «хм» воспламенило всё внутри, напомнив, какой эпизод я смогла воссоздать.
– Какое интересное наказание, и прямо на столе, – деловито оценил Кай, похоже, прочитав текст. – Знаешь, в детстве ты терпеть не могла, когда тебя наказывали, но похоже, с возрастом вкусы меняются.
Его насмешливое замечание стало последней каплей. Отыскав остатки сил, я принялась брыкаться, даже приподнялась на руках каким-то чудом, чтобы сбросить Кая с себя. Мои потуги его рассмешили. Вибрация того самого искреннего, любимого мной бархатистого смеха отдалась в спину, а следом в сердце, заставив его восторженно ускорить ритм. Разозлившись, я сбросила Кая с себя, он не особенно сопротивлялся, продолжив посмеиваться. Последовавший за этим новый раунд борьбы закончился быстро. Я сама забралась на Кая, пытаясь добраться до вытянутой руки с книгой. Он смеялся ровно до того момента, пока я не оказалась на его бёдрах, а потом не рухнула грудью ему на лицо. Только я вырвала иллюзорную книгу, как его ладони переместились на мою талию. Из горла вырвался сдавленный вздох, когда он перевернул меня, подмяв под себя. Теперь мы были лицом к лицу. Я шумно дышала, обнимая отобранную книгу. Кай замер, держа мои разведённые ноги. К лицу прилил жар, я прекратила вырываться, с ужасом и предвкушением дожидаясь его реакции. Его взгляд прошёлся по моему телу: ночная майка задралась, оголив живот, шорты слишком коротки, чтобы считаться приличной одеждой.
Кай аккуратно отпустил меня, коленом оттолкнулся от кровати и встал. Я торопливо села.
– Зачем ты создаёшь книги?
– Я же сказала, что не дочитала.
– Ты не можешь воссоздать текст, который не читала, – напомнил он очевидную истину, заставив меня безмолвно выругаться.