– Кошка, – с олимпийским спокойствием заявил мужчина. – Ты чего вся дрожишь? Испугалась, что ли? – каким-то образом он уже оказался рядом. И обнял меня, прижимая к своей груди: – Не бойся, никого, кроме, кошки здесь нет.
– С чего ты взял, что там кошка? – всё-таки решила выяснить я, вовсе не спеша покидать его объятия. Хотя страх моментом отступил. – Лично я ни одной кошки в замке не видела.
– И тем не менее несколько штук в нём живёт. А эту я сейчас чую совершенно чётко. Она, кстати, на кухне частенько ошивается. А ночами, видимо, бродит где ни попадя.
– Ну как ты можешь знать, что это именно она — в такой-то темнотище?! – кошек я, конечно же, не боялась — независимо от того, обитают они на кухне или в чьих-то покоях, однако его объятий по-прежнему не покидала. Кажется, даже, напротив, прильнула к крепкой груди ещё сильнее.
Эй, Ланка, ты что творишь?! Совсем обалдела?!
– Ну хочешь, поймаю её — чтобы тебе было спокойней? – улыбнулся Кирилл.
Чёрт, какие же у него чувственные губы!
– Не надо — ещё разорётся, – отказалась я.
Лисовский снова улыбнулся и... так посмотрел на меня, словно сейчас поцелует. Разжимать объятия, кстати, и не думал.
Нет-нет-нет! Никаких поцелуев с начальством!
Я поспешно подалась назад, отталкиваясь ладонями от его груди. Ноги, правда, подкашивались и держали плохо. Сердце стучало не хуже, чем когда я ждала появления нага-призрака. И дыхание, как назло, сбивалось.
Срочно отойти от него!
Может, мне, конечно, и привиделось его желание поцеловать — в такой-то темноте! Только почему-то мне казалось, что его глаза я вижу почти как днём.
Наконец Кир расцепил руки — с явной неохотой.
Вот и замечательно.
Теперь выровнять дыхание, успокоиться и быстро всё забыть.
– Ты что-нибудь нашёл? – спросила я.
– Пока нет. Пойдём дальше.
Мужчина вновь предложил мне локоть.
Уцепилась за него, ощущая под пальцами рельеф стальных мускулов. Вот проклятье!